- Теперь каждый за себя в ответе, а не семьи, как раньше, - Айли опустила глаза к ботинкам. – Люди стараются не тревожить свою семью своими связями, пока не убедятся, что вот-вот свадьба или, я не знаю, уже беременность и тому подобное. Скольких девушек ты уже представлял родителям?
- Ни одной, - ответил Ёндже. Зарумянившись, журналистка принялась обозревать прохожих, ища тему для смены. – А ты многих знакомила со своими?
- Ладно, давай не будем об этом.
- Нет, правда. Мне интересно, раз уж зашел разговор.
- Не то чтобы я специально как-то представляла кого-то, - пожала она плечами. – Но пока я жила в Сеуле, рядом, они всегда знали, с кем я встречаюсь. Поэтому никогда не было надобности представлять как-то отдельно. И меня никто никогда не знакомил вот так намеренно.
- Значит, это будет и твой первый раз, - ободряюще потрепал её ладонь Ёндже. – Я понимаю, что это волнительно, как и для меня, но знай, что отношение моих родственников, каким бы оно ни было, понравится им или нет мой выбор, никак не отразится на моём отношении. Моя девушка будет ею потому, что она нравится мне.
- Так, я твоя девушка? – зачем-то уточнила Айли. Последние двое суток она плавно стала забывать Сольджуна, но теперь он опять вспомнился. Нельзя рассчитывать на то, что он опять объявится или случайно встретится в таком огромном городе, но если бы они пересеклись снова, ей не хотелось бы быть занятой, чтобы иметь право на флирт, на кокетство, на ещё один, уже более осмысленный, поцелуй. И при этом не хотелось бы обижать Ёндже. Если бы всё ещё длился период ухаживаний, то в него имеешь право говорить «я выбираю», а когда ты уже за кем-то закреплена… Нет, спору нет, быть невестой Ёндже – это восхитительно. С ним здорово проводить время, общаться, гулять, чувствовать себя рядом с ним по-настоящему опекаемой, раскованной, потому что он платит совершенно за всё, не позволяя Айли даже касаться кошелька. Но если бы встретился Сольджун… кто знает?
- Ну… - немного застопорился Ёндже, поскольку думал, что это уже ясно. – Да, а ты против?
- Нет-нет, все капризы за ваш счет, как говорится, - ляпнула Айли, и пристыжено округлив глаза, сжала руку парня. – Нет, пожалуйста, не пойми буквально, это присказка такая… Правда, дело вовсе не в том, что ты богатый, а я нет… Господи, как неудобно! Я всегда знала, что если начать встречаться с состоятельным человеком, то придётся доказывать, что у тебя бескорыстный интерес… Ёндже, даже если бы у тебя ничего не было, мне с тобой хорошо, честно. Мне очень нравятся наши прогулки, и я давно ни с кем так приятно не болтала…
- Айли! – прервал он её монолог. – Даже если бы в первую очередь тебе нравилось моё состояние, я не стал бы корить тебя за это, потому что искренне считаю, что ничего не имеющий мужчина не должен обременять собой девушку. Если бы у меня ничего не было, наверное, я бы и сам не стал ни за кем ухаживать. Пойми правильно, у меня достаточно средств, и я хочу, чтобы они служили не поводом для моей гордости, а причиной для чьей-либо радости, - Легкий ветер потрепал подол их пальто и, подхватив светлые пряди волос Айли, затрепал их по воздуху. Подняв руку, Ёндже отвел их назад, закинув за плечо девушки. – Но, конечно, я бы хотел, чтобы возникла и любовь, к которой деньги стали бы лишь дополнением, а не наоборот. Скажи, у меня есть шанс, как у определенного типажа мужчины, разбудить в тебе глубокие чувства? – журналистка немного зажмурила глаза на заходящем солнце, и взгляд её вышел исследующим.
- Я не знаю, насколько сильно могу полюбить тебя, - переплетя с ним пальцы, она задиристо ухмыльнулась. – Но вот сможешь ли ты вскружить мне голову, я не пойму, пока ты меня не поцелуешь.
- Поцеловать? – оглядевшись вокруг и, не найдя пристальных зрителей или несовершеннолетних, которые заинтересовались бы парой, Ёндже наклонился к Айли, вняв её просьбе, как она думала. Но, когда девушка была готова закрыть глаза и приподняться, он скользнул губами к уху: - Мне кажется, в первый раз это должно быть неожиданным. Не люблю предсказуемость, - «Это он-то?!» - изумилась про себя Айли и, заинтригованная ещё больше, тронулась за ним, потянувшим её прогуливаться дальше.
Несчастные
Всего-то одна занятая полка освободилась от женской одежды, переместившейся в просторный чемодан, привезший её в Северную Америку. Вещи были почти собраны и оставались мелочи, вроде зубной щетки и кончающегося дезодоранта. Рэй посмотрела на них в ванной комнате и решила, что оставит их здесь, и лучше купит новые дома, в Сеуле, а если что-то будет мешать Дэхёну – пусть выбрасывает. Но она очень надеялась, что он сохранит всё до её возвращения, и только тогда она выбросит это всё сама, собственноручно. Незачем в её отсутствие этому месту приобретать немного утерянную патину холостяцкой цитадели. Серо-стальной характер жилища и так со скрипом поддался внедрению чужеродных, более ярких красок, хотя его хозяин принял всё намного легче и с радостью.
