Ну, чем не ультиматумы?! Сейчас это вызывает улыбку. Но в те идеологически смурные годы было не до улыбок. Угрозы не были пустыми. Мне приходилось по запросам из партийных органов сочинять «болванки» – длинные, аргументированные, вежливые ответы отвергнутым редакцией авторам. Затем главный редактор вносил свои поправки и отвозил в Обком партии, где какой-то высокий чин уже за своей подписью отправлял ответы жалобщикам.
Некоторые стихотворцы пытались – и порой небезуспешно! – пробиться к читателям при помощи революционно-ленинской тематики.
Автор этой партийно-эротической зарисовки В.Х-ич – член профессионального союза писателей.
В багаже другого стихотворца В. Ш-на солиднейший стаж членства в союзе писателей и множество изданных книг. Он был до крайности раздражен нашей несговорчивостью. Мы воспротивились обнародовать его прямолинейные, не имеющие никакого отношения к поэзии, но безупречные в идейном плане произведения. Там наличествовали такие строки:
Тут как нельзя к месту вспоминаются слова героя рассказа А. П. Чехова «О, женщины, женщины!..»: «Посвяти он мне эти стихи, я бы на него мировому подал!»
Вот еще один скромный труженик невечного пера из Кемерова сочинил строгую инвективу:
И невдомек бедолаге, что жаждет он сурово отчитать – страшно сказать – самого Ленина!
Пройдет немного времени, и на смену бодрым, оптимистичным стихам-прославлениям явятся элегически-грустные признания:
Сотворил эти печальные и бесстрашные строки Виктор Т-го. А чего ему в самом деле было страшиться, ведь он житель и без того дале-е-кого города Усинска Республики Коми…
Персональная Муза Николая К-ва из поселка Бугры нашептала ему бесшабашные стихи, достойные «Отдельной папки»:
