Неожиданный брак полностью

His Shock Marriage in Greece

«Неожиданный брак»

Кассиани Дукас старалась сидеть неподвижно на белом скользком диване в углу гостиной на просторной вилле, не желая привлекать к себе внимание, которое спровоцирует только неприятности.

Она не сделала ничего плохого, но ее отец был в ярости, и она меньше всего хотела, чтобы эта ярость обрушилась на нее.

Дела были плохи. Элексис сбежала. Старшая сестра Кассиани должна была выйти замуж за Деймена Алексопулоса завтра, но таинственно исчезла вчера ночью, ускользнув из поместья на Афинской Ривьере, прежде чем улететь из Афин с друзьями. Она избежала свадьбы, которой никогда не хотела.

И теперь отец Элексис собирается сообщить новость ее жениху – могущественному греческому магнату Деймену Алексопулосу, который славится умом, имеет массу амбиций и невероятно суров.

Кассиани вздрогнула, когда ее отец, Кристофер, зашагал по блестящему мраморному полу, сцепив руки за спиной. Его лицо посерело. После исчезновения Элексис не может случиться ничего хорошего.

В зале послышались шаги. Кассиани выпрямилась. Кристофер перестал вышагивать.

Деймен Алексопулос вошел в гостиную виллы, и у Кассиани перехватило дыхание. Она видела его раньше, в ночь помолвки Элексис, но ни разу не разговаривала с ним. Вечеринка была шумной и экстравагантной, но Элексис и Деймен провели вместе всего тридцать минут, а потом он улетел в Грецию. Деймен не обладал классической красотой, но у него были пронзительные серые глаза, волевые черты лица и полные губы. Он казался выше ростом, чем она помнила, и шире в плечах. У него была мускулистая грудь, узкий торс и длинные стройные ноги.

Кассиани никогда не понимала, почему Элексис не считает его привлекательным. Деймен был поистине замечательным греческим типажом. Однако ее сестра предпочитала начинающих моделей и актеров, которые восхищались ею, надеясь извлечь выгоду из ее богатства и славы.

– Мне сказали, что вы хотите меня видеть, – произнес Деймен. При звуке его хрипловатого голоса тонкие волоски на затылке Кассиани приподнялись, а сердце замерло.

– Доброе утро, Деймен! – нарочито весело сказал ее отец. – Сегодня в Сузине прекрасная погода.

На волевом подбородке Деймена дрогнула жилка. Кассиани была уверена, что ее отец взбесил Деймена. Это не сулило ничего хорошего для того, что должно случиться.

– Здесь всегда красиво, – ответил Деймен. – Но я прервал важную встречу, чтобы приехать к вам, когда мне сообщили, что возникла чрезвычайная ситуация.

Его раздражение и нетерпение стали резче, а греческий акцент – отчетливее. Было ясно, что он не учил английский язык в детстве.

– Чрезвычайная ситуация? Нет, – улыбаясь, ответил Кристофер. – Я бы не назвал это так. Мне жаль, что вам пришлось торопиться и волноваться.

Жилка на подбородке Деймена снова дрогнула. Он с трудом сдерживал эмоции.

– Я не волнуюсь и не тороплюсь. Но я приехал. Зачем вы меня вызвали?

Кассиани отодвинулась в угол дивана, словно это помогло бы ей стать меньше. Это было непросто, поскольку она была крупной особой. Не рослой, как ее сестра, а скорее коренастой, с довольно широкими бедрами и пышной грудью. К сожалению, талия Кассиани не была впечатляюще узкой, а живот плоским. В отличие от старшей сестры у Кассиани не было аккаунта в Инстаграме. Она не делала селфи и избегала съемок любой ценой.

В отличие от потрясающей и фотогеничной Элексис Кассиани всегда плохо выходила на фото. Она не вращалась в высшем обществе, не путешествовала на частных самолетах, не бывала на вечеринках в Лас-Вегасе, на Карибах или в Средиземноморье.

Если бы она не носила фамилию Дукас, то была бы совсем заурядной. Если бы ее отец не был одним из богатейших греков Америки, о ней бы забыли.

За прошедшие годы Кассиани пожалела о том, что не стала невидимой, потому что быть невидимой намного лучше, чем видимой и жалкой. Видимой и презираемой. Не только знаменитостями, но и собственной семьей.

Ее отец никогда не проявлял к ней ни малейшего интереса, а занимался только своим сыном-наследником, Барнабасом, и прекрасной Элексис, которая очаровала его с рождения карими глазищами.

Касссиани не была очаровательным ребенком. Она всегда была молчаливой, угрюмой и невероятно упрямой. Ей рассказывали, что она хмуро смотрела на гостей отца, отказывалась разговаривать с ними. Она не играла на пианино, не пела и не строила глазки греческим чиновникам. Вместо этого Касссиани хотелось обсуждать политику с отцовскими друзьями. Уже в четыре-пять лет она была без ума от экономики. Она строила прогнозы по поводу будущего судоходства, и ее смелость ужасала отца. Не важно, что она читала намного больше своих сверстников. Не важно, что она преуспела в математике. Порядочные греческие девушки не влияют ни на национальные вопросы, ни на международную политику и экономику. Порядочные гречанки вырастают и заключают выгодные браки с подходящими греками и рожают детей. Это их обязанность.