Непереводимое в переводе полностью

ми ее компонентов. То есть калькирование возможно только тогда, когда дословный перевод может довести до читателя истинное содержание всего фразеологизма (а не значения составляющих его частей). Это осуществимо, во-первых, в отношении образных ФЕ, главным образом фразеологических единств, сохранивших достаточно све­жей метафоричность (в истинных идиомах — фразеологи­ческих сращениях — образная основа почти не восприни­мается, и кальки с них кажутся бессмыслицами); каль­кировать можно, во-вторых, ряд пословиц и, в первую очередь, таких, которые не обладают подтекстом. Этим приемом можно, в-третьих, передать и некоторые устой­чивые сравнения, но только убедившись, что носитель ПЯ воспримет их правильно: заячья душа, например, будет понятна для тех народов, у которых заяц — символ тру­сости; но у индийцев этот зверек символизирует муд­рость, так что в Индии перевод калькой будет порочным. Англ, bite the hand that feeds you («кусать руку, которая тебя кормит») вызывает представление о неблагодарно­сти; английскую пословицу fish and visitors smell in three days можно также перевести калькой: «Рыба и гости протухают через три дня», и такой перевод, несмотря на наличие подтекста («нельзя злоупотреблять гостеприим­ством»), будет понят каждым. Иначе чем калькой, кото­рая здесь сближается с лексико-фразеологическим и сво­бодным переводом, и не переведешь характерных англий­ских пословиц типа правил гигиены: after dinner sleep awhile, after supper walk a mile может принять, например, такой вид: «Пообедавши — вздремни, ужин съел — гулять иди».

К калькам прибегают и в таких случаях, когда «се­мантический эквивалент» отличается от исходной ФЕ по колориту (см. ниже п. 5), или при «оживлении» образа (см. ниже п. 6).

Калькирование метафорических единиц — обоюдоост­рое оружие. С одной стороны, оно позволяет читателю перевода увидеть содержащийся в ФЕ образ. Так, в спра­вочнике, иллюстрирующем прямое и фразеологическое значение русских фразеологизмов', не лезть за словом в карман переведено дословно not to climb for a word into one's pocket (и показано на рисунке — слово торчит из кармана). Этот пример уже показывает оборотную сто-

'Dubrovin   M.   A Book of Russian Idioms Illustrated.   M.: Rus­sian Language Publishers, 1977, p. 196.

195

остротой к максимально точному «взвешиванию» этих двух «впечатлений» — подлинника и перевода, с тем чтобы не перевешивала ни та, ни другая сторона.

Многие кальки можно отнести к переводу фразеоло­гическому. Например, англ, caution is the parent of safety можно перевести почти дословно и получить неплохую, вполне осмысленную русскую пословицу осмотритель­ность — мать безопасности, т. е. по типу повторение — мать учения или праздность — мать всех пороков.

3. Описательный перевод ФЕ сводится, по су­ти дела, к переводу не самого фразеологизма, а его тол­кования, как это часто бывает вообще с единицами, не имеющими эквивалентов в ПЯ. Это могут быть объясне­ния, сравнения, описания, толкования — все средства, пе­редающие в максимально ясной и краткой форме содер­жание ФЕ, все с тем же неизменным стремлением к фра-зеологизации или хотя бы намеку и на коннотативные значения.

В контексте этот путь перевода самостоятельного зна­чения не имеет, так как в любом случае переводчик по­старается вплести содержание ФЕ в общую ткань таким образом, чтобы правильно были переданы все элементы текста в целом, т. е. прибегнет к контекстуальному пере­воду.

*

Говоря о приемах перевода ФЕ и выборе между ними, остается оговорить еще два понятия: контекстуаль­ный перевод и выборочный перевод.

О контекстуальном переводе шла речь в первой части (см. гл. 6). В применении его к фразеологии А. В. Кунин пользуется термином «обертональный пере­вод», а Я. И. Рецкер — «контекстуальная замена»¹. Мы не считаем его третьим (после фразеологического и не­фразеологического) типом перевода, поскольку он в лю­бом случае относится к тому или к другому; иногда это — нулевой перевод, когда единица сама по себе как бы рас­творяется в контексте перевода.

Чаще всего о контекстуальном переводе мы вспомина-

¹ АРФС, с. п. 196

ем, конечно, при отсутствии эквивалентов и аналогов — когда фразеологизм приходится передавать нефразеоло­гическими средствами. Белый билет не имеет соответст­вий в болгарском, английском и немецком, и вероятно, в других языках; в словарях он передан калькой с пояс­нением или описательно. Для контекстуального перевода этот путь не годится: «голая» калька ничего не даст чи­тателю, а осмысление трудно вместить в текст; сноска же, на наш взгляд, слабое утешение. Поэтому лучше будет «обойти» само сочетание, давая в тексте понять, что речь идет об освобождении от военной службы, причем сде­лать это нужно в такой форме, чтобы не пропустить на­мек на соответствующую коннотацию — пренебрежение, сожаление или иные оттенки модальности.