Василий Захарович Александров затаился в мокрых от росы кустах, всматриваясь в японский аэродром через оптический прицел. Тридцатилетний начальник службы безопасности никогда не спешил с выводами, привычка, спасавшая его жизнь множество раз во время сложных операций в приграничных районах.
Мало кто знал истинную биографию Александрова. В досье, доступном даже высокопоставленным военным, значилось: «Выпускник Восточного факультета Военной академии РККА. Специалист по странам Дальнего Востока. С 1923 года на службе в разведывательном управлении РККА».
За этими скупыми строками скрывалась необычная судьба сына сибирского охотника, с детства впитавшего дар следопыта и невероятную выносливость. Еще в Гражданскую, шестнадцатилетним юношей, Александров служил проводником у красных партизан в Забайкалье, используя знание тайги и звериных троп. Тогда же он впервые соприкоснулся с китайской культурой, заинтересовавшись языком от пленного хунхуза.
Природная одаренность к языкам и аналитический склад ума привлекли внимание командования. После войны его направили в Московский институт востоковедения, где он в совершенстве овладел китайским и японским.
В 1923 году, получив повышение, Александров был назначен в разведывательное управление РККА и направлен в Маньчжурию под прикрытием сотрудника советского торгпредства в Харбине.
Три года он провел в Китае, создавая агентурную сеть среди местного населения и в японских военных кругах. Приобретенный опыт и поразительное знание региона сделали его незаменимым специалистом по Дальнему Востоку.
В 1926 году Александров вернулся в Москву и после специальной подготовки возглавил секретное подразделение, занимавшееся операциями в Маньчжурии и Корее.
Александров обладал внешностью, позволяющей ему легко сливаться с толпой, среднего роста, жилистый, с лицом, которое трудно запомнить. Его главной особенностью были глаза, серые, внимательные, способные фиксировать малейшие детали.
Он мог часами наблюдать за объектом, не выдавая своего присутствия, мог перевоплощаться в разные роли, говорить на нескольких китайских диалектах без акцента.
Сейчас, лежа в зарослях бурьяна в окрестностях японского аэродрома, Александров в последний раз проверял готовность диверсионной группы. Отдав необходимые распоряжения, он продолжил изучать расположение японских сил через оптический прицел.
Японский аэродром под Дацином не впечатлял масштабами.
Грунтовая взлетно-посадочная полоса, несколько деревянных ангаров, служебные постройки, палатки технического персонала. Но главная ценность и одновременно цель операции выстроилась в ряд у ангаров.
Восемь легких бомбардировщиков «Мицубиси» и четыре истребителя «Накадзима». В случае атаки советских войск эти самолеты могли нанести существенный урон наступающим частям.
Задача Александрова и его группы — нейтрализовать японскую авиацию до начала основного удара. Операция тщательно планировалась несколько дней. Разведка Хэ Луна предоставила подробную схему аэродрома, расположение постов охраны, количество персонала, график смены караулов.
— Товарищ командир, пятый сектор готов, — прошептал подползший боец, молодой парень с восточными чертами лица, один из китайских добровольцев.
— Хорошо, — кивнул Александров, не отрываясь от прицела.
Группа Александрова состояла из пятнадцати человек. Восемь опытных бойцов из его личной охраны и семь китайских партизан, знающих местность как свои пять пальцев. Все подобраны по одному критерию, умение действовать бесшумно и эффективно.
Японцы не ожидали нападения. Охрана аэродрома, два десятка солдат, несла службу спустя рукава.
Часовые, сменившиеся в четыре утра, откровенно дремали на постах, механики только начинали утреннюю работу, готовя самолеты к плановым полетам.
Александров взглянул на карманные часы. Уже 5:50.
Через десять минут должна была начаться основная атака на Дацин. Группе предстояло действовать на пять минут раньше, в 5:55.
— Минутная готовность, — сказал Александров.
Бойцы лежали, рассредоточившись по периметру аэродрома. Каждый из них знал свою задачу.
Китайские партизаны должны нейтрализовать японские посты охраны, красноармейцы — заминировать самолеты и уничтожить средства связи.
5:52. Александров перевел прицел на командный пункт, деревянное здание с антенной радиостанции. Внутри, судя по силуэтам в окнах, находилось не менее четырех человек.
5:53. Группа готова. Несмотря на тепло, Александров чувствовал холодок азарта, знакомый еще давно, когда перед серьезной операцией тело словно наполняется льдом, а мозг работает с удвоенной скоростью.
5:54. Последняя проверка маршрута отхода. После выполнения задачи группа должна будет отступить через небольшой овраг на северной стороне аэродрома, где их ждут лошади. К советским танковым частям они присоединятся уже после захвата Дацина.
5:55. Пора.
— Начинаем, — скомандовал Александров и первым поднялся из укрытия.
Группа двинулась бесшумно и слаженно. Тени в предрассветном сумраке, они проскользнули через кустарник к аэродрому. Три китайских бойца отделились и направились к караульному помещению.
