Она ушла, а Богдан занялся своими делами. Но через какое-то время его внимание отвлек сдавленный смех в коридоре. Он вышел за дверь и увидел начальника РОВД, который огромным глазами смотрел на Виолетту Германовну. Они стояли у двери в туалет, она ему что-то рассказывала, а он молча наливался гневом. Батаров и капитан-дознаватель давились от беззвучного смеха.
Заметив Богдана, Виолетта Германовна показала на него пальцем. Измайлов пригрозил ему кулаком и, взяв женщину под локоток, повел к лестнице.
– Что там такое? – в недобром предчувствии спросил Богдан у Батарова.
Оказалось, что Виолетта Германовна зашла в туалет, села на унитаз и принялась колдовать магнитом в районе промежности. Закрыться она забыла, поэтому была застигнута с поличным самим начальником РОВД. Измайлов потребовал у нее объяснений и получил их. Теперь он потребует их у Богдана, все к этому идет.
– Так это ты научил ее «жучки» так вытаскивать? – хватаясь за живот, спросил Батаров.
– Да нет, я сказал вокруг пупка водить. Не снимая одежды. Два раза в день, в течение недели.
– А она трусы сняла. Чтобы процесс ускорить! – расхохотался капитан, но тут же смолк, заметив приближающегося Измайлова.
Полковник подошел к Богдану, вперил в него взгляд.
– Ну и как ты мне все это объяснишь, лейтенант?
– Я ее домой отправил, а она здесь решила…
Богдан понимал, что ничего страшного не произошло, выговор с занесением ему не грозит, но все равно было не до смеху. Может, Виолетта Германовна и сумасшедшая, но ведь она женщина, причем в годах. А он, выходит, издевался над ней… Стыдно. Потому и на смех не пробивает.
– Умней ничего не придумал, магнитом «жучки» выковыривать?
– Так ей не объяснишь, что там ничего нет. Пока объяснишь, сам умом тронешься.
– Ладно, ты мне в здравом уме нужен.
Измайлов убедительно изображал начальственный гнев, но все-таки он не выдержал, прорвало его на смех. Чтобы не выдать себя, он повернулся ко всем спиной. Но было видно, как надулись у него щеки, как приложил он к губам кулак.
– Давай, шутник, одевайся и за мной.
Богдан кивнул, метнулся в кабинет, снял с вешалки куртку. Когда вышел, Измайлова уже не было, зато Батаров был на месте.
– Сейчас тебе, лейтенант, «жучка» вставлять будут, – предрек он. И махнул рукой в стороны лестницы, показал, куда ушел полковник.
Измайлова Богдан нагнал во дворе отдела. Начальник РОВД садился в свою служебную «Волгу» и ему показал, чтобы он присоединялся к нему.
– Весело тебе, Городовой? – спросил он, когда машина выехала со двора.
– Да нет. Просто надо было как-то отвязаться.
– Оружие взял?
– Да, конечно.
– Я смотрю, ты никогда его не снимаешь.
– Только когда спать ложусь. А что?
– Без оружия сейчас никуда. Бандиты совсем обнаглели. Думаешь, мы куда едем? Убийство на Баумана, у ресторана «Чайка». Четыре трупа, трое тяжело ранены…
– На Баумана? Это же Закамский район, если я не ошибаюсь.
– Не ошибаешься, лейтенант… Это я ошибся. Надо было закрывать Шуринова, а я не решился. Боялись, что война начнется. Началась… Только не воры Шуринова, а наоборот. Тарасова убили и Девтерова… Кто такой Девтеров, знаешь?
– Нет.
– А зря. Криминальных авторитетов надо знать по фамилиям. Девтеров – это фамилия, а кличка – Зяма…
– Теперь знаю.
– Вот и началось у нас Чикаго. Людей средь бела дня расстреливают из автоматов. Так что держи порох сухим, лейтенант.
Убийство произошло в соседнем районе. Расследовать его закамским и городским операм, но, возможно, подтянется оперативно-следственная группа из области. А возможно, даже из Москвы. Об этом Богдан подумал, когда увидел несколько служебных «Волг», к которым присоединилась машина полковника Измайлова.
Подступы к ресторану «Чайка» были плотно оцеплены патрульно-постовой службой, у ограждения топтались зеваки – их притягивало страшное, но потому и привлекательное зрелище.
У входа в ресторан лежали четыре окровавленных трупа. Витринные стекла разбиты пулями, даже на мокром асфальте заметны темные пятна и дождевые лужицы, красные от крови. Движение перекрыто, на дороге видны разбросанные автоматные гильзы. Из машины могли стрелять. А могли выйти из нее, чтобы открыть огонь. Но в любом случае стреляли с дороги.
Оперативно-следственные группы в работе, до Богдана здесь никому дела нет. А у Измайлова свой круг – начальник ГУВД, его замы, высокие чины из городской администрации. Там свои разговоры…
– Городовой?
Богдан обернулся и увидел Гордеича.
– Здорово, Городовой. А Ревякин где?
– Следы заметает, – усмехнулся Богдан. – Отстрелялся по Тарасу, как видишь, теперь вот на дно залечь надо.
– Обижаешься? – усмехнулся Гордеич.
Это ведь он предложил проверить пистолет, закрепленный за Богданом. Может, сам до этого додумался. Может, кто-то со стороны подсказал. Возможно, с вражьей…
– Да нет, просто на ум пришло.
– Ну да, Тараса застрелили. И Зяму. Одним махом семерых убивахом. Точно как по писаному. Четыре трупа, трое в больнице… Прицельно стреляли. С одного рожка положили. Один из автомата стрелял.
– Судя по гильзам, это «АК-74».
– Да, похоже на то.
