Зоя Харпер всегда чувствовала себя в родительской семье чужой; по сравнению с сестрами она считалась бунтаркой и возмутительницей спокойствия, чем приводила в ярость своего отца — окружного прокурора и неуклонного поборника нравственности. Он считал, что только чудо способно изменить его упрямую непокорную дочку.И чудо свершилось. Имя ему — любовь.
Прием по случаю свадьбы Клайва Уорли и Роуз Харпер удался на славу. Невеста была прекрасна и выглядела очень счастливой, а жених прямо-таки светился от гордости, с его лица не сходила улыбка.
Даже Джулиус Харпер, окружной прокурор, известный своей суровостью, и тот улыбался, гордый тем, что провожает к алтарю уже вторую из трех дочерей. Мать невесты от счастья растрогалась и нет-нет да и прикладывала к глазам платочек. Зоя была искренне рада за сестру. На ее взгляд, торжество омрачило только одно обстоятельство: то, что шафером был сводный брат жениха и известный плейбой Рассел Кор-бет. Впрочем, Рассел против обыкновения вел себя вполне прилично, он сделал все как полагается: вовремя подал кольца и даже отпустил вполне уместные комплименты трем подружкам невесты. Вот только Зою он выделил из их числа. Как Зоя ни старалась, чтобы ни одна мелочь не омрачила ее настроения в день свадьбы сестры, она не могла игнорировать издевательский взгляд Рассела. Возможно, Зое это только казалось, а возможно, он действительно смотрел на нее чаще, чем нужно, и она подозревала, что он делает это нарочно, чтобы поддразнить ее. Своим взглядом он словно напоминал ей, что, благодаря репутации возмутительницы спокойствия, она являет собой полную противоположность уравновешенной сестре, хотя они и двойняшки.
Зоя так старалась игнорировать Рассела, что через некоторое время у нее от напряжения заболела шея. Поэтому она провела на приеме ровно столько времени, сколько требовали приличия, и при первой же возможности поднялась в свой номер и легла спать.
Проснулась Зоя еще до рассвета. Открыв глаза, она попыталась понять, что ее разбудило, но так и не поняла. Она вытянула ногу и чуть не взвизгнула: ее ступня коснулась чего-то теплого.
В ее постели кто-то есть!
Зоя замерла и затаила дыхание, думая, стоит ли включить настольную лампу или лучше не рисковать и не будить того, кто лежит в ее кровати. Она стала осторожно отодвигаться к краю матраса. Еще несколько секунд назад темнота в номере не пугала Зою, но теперь ей вдруг стало страшно. Некоторое время слышалось только ритмичное дыхание, затем Зоя вдруг услышала шорох и почувствовала движение — человек заворочался и протянул руку, по-видимому стараясь дотянуться до нее. Это разрешило ее сомнения. Зоя вскочила с кровати, как подброшенная пружиной, и щелкнула выключателем. Комнату залил яркий свет. В первое мгновение Зоя прищурилась, а когда открыла глаза, то ахнула.
— Боже, это ты!
В ее Кровати возлежал не кто иной, как Рассел Корбет. Под простыней четко вырисовывались контуры его длинного мускулистого тела.
— Привет, солнышко. Как спалось?
Задыхаясь от возмущения, Зоя схватила покрывало и прижала его к груди, прикрываясь от нескромного мужского взгляда.
— Убирайся из моего номера!
Рассел насмешливо изогнул бровь и перевернулся со спины на бок. При этом простыня соскользнула с его торса и сползла до талии.
— Из твоего? Это интересно.
— Конечно, из моего. Уходи, пока я не вызвала охрану!
Зоя покосилась на тумбочку, где был телефон, и вдруг заметила, что ее чемодана, который вчера стоял возле этой самой тумбочки, сейчас нет на месте.
— Где мои вещи?
Рассел сладко потянулся и только после этого неторопливо ответил:
— В твоем номере, где же еще?
Зоя бросилась к ванной и распахнула дверь. По ее спине пробежал неприятный холодок: ее косметички в ванной не было, зато лежали мужские бритвенные принадлежности. Негодование Зои стало быстро сменяться смущением и растерянностью. Неужели Рассел прав? Но как она могла оказаться в его номере? У нее за спиной раздался насмешливый мужской голос:
— Ну что, убедилась? Так что на твоем месте я бы не спешил вызывать охрану.
— Но как я могла оказаться в твоем номере? Я точно помню, что вчера вечером открыла дверь своим ключом.
— Ты бы открыла ее и вообще без ключа, — уточнил Рассел. — Дело в том, что она была не заперта. Когда молодожены собирались уезжать, мне пришлось подняться в номер за одной вещью, которую я обещал отдать Клайву, и я не стал запирать дверь.
— Я тебе не верю!
Рассел пожал плечами.
— Так открой дверь и посмотри, что на ней написано.
Зоя так и сделала. Она босиком прошла к двери номера, приоткрыла ее и посмотрела на золоченые цифры. Так и есть, она действительно в чужом номере, и не просто в чужом, а в номере Рассела Корбета! Зоя готова была сквозь землю провалиться, но делать было нечего. Она закрыла дверь и, понурив голову, вернулась в номер.
— Согласна, я допустила ошибку. — Она упрямо задрала подбородок. — Но это тебя не оправдывает. Почему ты забрался в постель, ничего не сказав мне?
— Жалко было будить, — невинно ответил Рассел.
Именно его невинный тон возмутил Зою больше всего, она даже забыла о своем смущении.
— Ты не имел права пользоваться ситуацией!
Рассел окинул ее ленивым взглядом, потом снова лег на спину и заложил руки за голову, поигрывая бицепсами.
— Откуда ты знаешь, что я воспользовался?
