Харпер застонал и быстро пошел прочь от пруда. У них была эта единственная жаркая ночь, на следующее утро он уехал на новую работу, пообещав вернуться в конце лета. Но не вернулся.
Стиснув зубы, чтобы не проклясть всех и вся, Харпер снова стал подниматься на холм. Наступило время отвечать за свои поступки.
Но он не получил ни единого ответа – и не задал ни единого вопроса. К тому времени, как он вернулся, Джейсон уже был дома. А Харперу не хотелось, чтобы мальчик, который, возможно, приходится ему сыном, слышал разговор между ним и Анни.
На следующий день Анни лишь невероятным усилием воли заставила себя встать и приступить к делам. Она вздрогнула при звуке захлопнувшейся двери – это Джей-сон ушел в школу. Его неприязнь к Харперу сильно тяготила Анни. Ей было непонятно, отчего сын так относится к Харперу, – она видела лишь, что он считает присутствие Харпера в доме явной угрозой их спокойствию. Если бы только она знала, как успокоить его. Если бы у нее нашлись для этого хоть какие-нибудь аргументы.
Чтобы чем-то себя занять, она поднялась из-за стола и стала собирать грязную посуду. Тут в кухню вошел Харпер.
– Анни, нам нужно поговорить.
Его угрюмый тон заставил ее сердце учащенно забиться. Вот он, час ее расплаты.
– Мне надо рассказать тебе, что я нашел, когда листал бумаги в поисках страховки.
Тарелки звякнули в ее руках. Слава Богу, отсрочка. Она повернулась к раковине, чтобы скрыть свое облегчение.
– И что же ты там нашел?
– А как ты думаешь?
Анни вздохнула, поставила посуду в раковину и повернулась к Харперу. Прислонившись к мойке, она скрестила руки на груди и кисло улыбнулась.
– Если ты имеешь в виду деньги или страховку, то ты вряд ли меня чем-нибудь порадуешь.
– Ты знаешь, что Майк просрочил внесение страхового взноса?
Сердце ее ухнуло куда-то вниз.
– Этого я и боялась. У нас последнее время было туговато с деньгами, но Майк не хотел говорить об этом. Только повторял, что скоро все будет в порядке. Он надеялся, что вот-вот заработает немного денег.
Харпер саркастически спросил:
– Это в гараже и магазине запчастей? Что-то не похоже. Откуда он в действительности собирался взять денег? Продать дом, что ли?
– Нет! – воскликнула она, залившись краской. Потом медленно выдохнула и продолжала уже спокойнее: – Нет, он не собирался продавать дом.
– Ты уверена? – парировал Харпер. – По крайней мере, все остальное он сумел распродать по частям. Он терпеть не мог заниматься сельской работой. Он, видимо, собирался продать дом, переехать в город и никогда больше не возвращаться в здешние места. Честно говоря, я удивился, что он прожил здесь так долго. Анни покачала головой.
– Он никогда не продал бы дом. У нас было нечто вроде соглашения. Кроме того, он терпеть не мог сельскую работу, а не сами эти места. Его просто не волновал выпас скотины или там сбор урожая. Потому-то он и продал поля.
– Но у вас еще оставались пастбища. А коров Майк ненавидел.
– Да. – Она слабо улыбнулась. – Но коровы все эти годы были в основном на мне, так что он не обращал на них внимания.
– На тебе? – Харпер высоко вскинул брови.
– Почему бы нет? – Она, в свою очередь, изобразила удивление.
Харпер никак не мог опомниться:
– Да, конечно. Просто я никогда не считал тебя… Анни, но ведь это прорва работы – заботиться о скотине.
– Только мне об этом не рассказывай. Да, у нас никогда и не было больше восьмидесяти голов. Мне нравилось возиться со скотиной, и это приносило деньги.
– Вряд ли достаточно для того, чтобы вы с Джейсоном жили на это.
– Да, – честно призналась она, – недостаточно.
– Так что ты собираешься делать? Она оторвалась от стола и повернулась к раковине.
– У меня есть кой-какие сбережения. Этого может хватить надолго.
– Анни…
– Что? – Она посмотрела на него через плечо.
– Твои сбережения… В бумагах была чековая книжка.
– Счет другой, – ответила она, вновь поворачиваясь к раковине. – Я открыла собственный счет несколько лет назад. Майк ничего о нем не знал. Денег там не так уж много, но с этими деньгами и со скотиной можно протянуть несколько лет, если жить экономно.
– Анни, очнись! Восемь или десять голов скота не принесут хорошего дохода.
– Принесут, если это будет скот лучшей из зарегистрированных пород штата. Это вовсе не твоя забота, Харпер, но все равно спасибо тебе за заботу.
– Хорошо. Тогда не ответишь ли мне на один вопрос?
Анни изо всех сил старалась унять дрожь. Стоя спиной к нему, она закрыла глаза.
– Что тебя интересует?
– Я хочу знать, откуда у тебя синяки на лице и на шее?
Она помедлила, потом включила воду.
– Я же говорила, несчастный случай.
– Да, помню. То есть ты имеешь в виду, что кто-то по стечению обстоятельств схватил тебя за горло и стиснул пальцы с такой силой, что оставил следы? Похоже на попытку удушения.
Она замешкалась с ответом, и он продолжал:
– Странный какой-то несчастный случай, Анни. Так ведь можно и убить человека.
Анни тяжело вздохнула. У нее не было сил говорить об этих синяках. Это только рассердит Харпера и заставит ее снова пережить все, что с ней случилось.
