Но служанка со смехом возразила, что ничего он этим не добьется: в замке и без того всем известна правда. А теперь все радуются тому, что ужасные чары, от которых так долго страдало все королевство, сняты.
Принц остановился, не зная, как поступить дальше. Тем временем принцесса, все время взиравшая на него с любовью, сказала, что служанка ему солгала. Она и есть та колдунья, которая наложила заклятие и заставила принцессу убивать женихов. Чары еще не сняты окончательно, для этого нужно, чтобы принц, зная все о принцессе, согласился от чистого сердца назвать ее своей супругой. Если он ее отвергнет, заклятие вновь возымеет силу и принцесса возвратится в лес. Едва замолкнув, она, прикрытая только своими длинными золотистыми волосами, медленно стала приближаться к принцу.
Он поднял руку, чтобы ее остановить. Служанка с улыбкой подтвердила слова принцессы.
– Я та колдунья, которая наложила на принцессу заклятие, – сказала она.– А твой поцелуй потому причинил ей такую боль, что заставил вспомнить о человеческой любви, каковую принцесса отвергала, пока жила в лесу и питалась трупами. Теперь ты должен решить, примешь ты ее в жены или отвергнешь.
По-прежнему не способный разомкнуть уста, принц помотал головой.
Тогда колдунья рассмеялась и спросила:
– Не желаешь ли, чтобы я вернула оружие, которое ты отдал мне в лесу?
– Да! – воскликнул принц.
Колдунья залилась смехом, и в тот же миг комната и обе женщины начали постепенно таять в воздухе. Когда исчез и замок, принц почувствовал, что падает, и свалился наконец на мягкую подстилку из листьев. Вокруг снова оказался лес. В лунном свете принц узрел на себе кольчугу, при нем были и меч с кинжалом, а рядом валялся щит. Оглядевшись, принц обнаружил сокола и собаку, а конь стоял в нескольких шагах, встряхивая гривой и нервно раздувая ноздри. Тут же юный принц заметил, что его напугало: вокруг простиралась большая поляна, усеянная человеческими останками, а у далекой опушки, в слабом лунном свете, возникла и стала приближаться какая-то фигура.
<p>ПОСЛЕСЛОВИЕ ИЗДАТЕЛЯ</p>Я родился в Хайдарабаде, где мой отец служил в индийской армии офицером. Едва мне исполнилось двенадцать, родители решили послать меня на обучение в Англию – не только потому, что климат там здоровее и школы, как принято считать, лучше, но и по причине некоторых трудностей, которые они испытывали в Индии. Ввиду тех же обстоятельств средства у них были очень ограниченны, и меня, не лишенного музыкальных способностей (весьма скромных, как выяснилось впоследствии), определили в хористы, поскольку в этом случае за мое обучение и содержание не приходилось платить.
