Келлан идет к двери во всем своем обнаженном великолепии. Под смуглой кожей перекатываются крепкие мышцы. Наблюдаю за его задницей и длинными ногами. Он идеально сложен, все на своих местах. Как будто был вылеплен искусным скульптором, а не рожден обычной женщиной. Внезапно мне захотелось узнать, кто его родители, рос ли он в полной семье. Кажется, я начинаю сходить с ума из-за нашего бурного секса.
Келлан выходит из той же двери, за которой скрылся минуту назад. Он уже одет в спортивные штаны, низко висящие на бедрах. Нужно ли упоминать эту, пожалуй, самую соблазнительную часть мужского тела – мышцы в форме V, – которые ведут к раю, скрытому в серых штанах? Черт возьми, я схожу с ума от этого и дорожки темных волос, скрывающейся за резинкой.
Он останавливается напротив меня и протягивает одежду. Быстро набрасываю на себя огромную футболку и утопаю в ней, короткие рукава закрывают мои локти. Могу себе только представить эту прогулку по аллее позора. Если меня кто-то из знакомых увидит в такой одежде, вопросов и пересудов не избежать. Под пристальным взглядом Келлана натягиваю шорты, которые висят на мне, слегка подкатываю резинку и поднимаю взгляд.
– Я бы хотел накормить тебя завтраком сперва, – серьезно произносит он.
– Нет, спасибо. Еще слишком рано для моего желудка. Проводи меня до двери и ложись досыпай.
– Одри… – произносит он и протягивает руку, чтобы коснуться меня, но я делаю шаг назад.
– Не надо, Келлан. Мы отлично провели время. Спасибо за это.
Разворачиваюсь и выхожу из комнаты, кручу головой по сторонам, пытаясь понять, в какую сторону мне идти. Келлан становится рядом, кладет горячую ладонь мне на талию и разворачивает в нужном направлении. Слегка дергаюсь, давая понять, что хочу выпутаться из объятий, но он только сильнее сжимает, не выпуская меня. Не сопротивляясь, иду на выход.
– Обувь, – говорит Келлан, притормаживая у самой двери.
– Обойдусь. Потом как-нибудь заберу. Там еще наверху осталась моя сумка, она мне понадобится еще. В ней мои игрушки.
– Зачем? – спрашивает он, а я смотрю на него, вопросительно приподнимая бровь. Пора возвращаться в реальность, красавчик. Мы Доминанты, и сумка с игрушками – наш неотъемлемый аксессуар.
– Я заберу свои вещи позже, – вместо ответа на вопрос говорю я.
– Одри, мы могли бы пересмотреть наше соглашение, – предлагает он.
– На какое?
– Например, ты могла бы стать моей сабой.
Я усмехаюсь, а он хмурится. Сабой? Я узнавала про его сабу и про всех до нее. Келлан Абрамс патологически боится отношений. Как сказал Винс, работа накладывает отпечаток. Это так называемая профессиональная деформация. По словам моего друга, Келлан примеряет каждое дело на себя. Да, он так лучше вникает во все тонкости и понимает своего клиента. Но это сказывается на его личной жизни. До Лоры у Келлана было несколько саб. Все они влюблялись в него. Хотя кто же их осудит? А он, как только чувства начинали маячить на горизонте, передавал сабу новому Дому, а себе брал другую девушку. Накануне я много размышляла об этом и о себе. Мне предстоит выйти замуж за подходящую партию. Келлан мог бы стать моим мужем и это осчастливило бы отца. Да, знаю, о какой нахрен свадьбе может идти речь, если мы только пару раз провели сессию и занялись сексом? Но надо не забывать, в каком обществе мы живем. Если не просчитать все варианты заранее, можно потерять то, что тебе так дорого. То единственное, что принадлежит только тебе и так и останется, если ты будешь расчетливым. Сердце и душа.
Прикинем, что я выхожу замуж за ублюдка, которому на меня наплевать. Мы занимаемся сексом пару раз, я рожаю ему наследника, и мы расходимся в стороны. Для остального мира мы выглядим счастливой семейной парой, а по факту в постели каждого из нас лежат любовники. Все счастливы, сердце в безопасности и все хорошо. Любовника можно менять периодически, чтобы не привязываться. По второму сценарию я влюбляюсь в своего будущего мужа. Но, как только я рожаю, муж от меня отстает и окружает себя многочисленными любовницами. Я остаюсь с ребенком на руках, лживым браком и разбитым сердцем. Какой сценарий выбрали бы вы? То-то же, мне тоже больше по душе пришелся первый.
И вот, свяжись я с Келланом, меня бы, скорее всего, настиг второй сценарий. Потому что он из тех мужчин, в которых очень легко влюбиться: внимательный, заботливый, сильный и властный, но уважающий женщину. Красивый, умный и обаятельный, как сам дьявол. Но влюбиться в такого мужчину – это точно самая хреновая из всех идей, которые могут прийти в голову. Потому что: а) он любит свою роль Дома и б) он не собирается жениться. Никогда, если верить Винсу. Так что все иллюзии, которые могут возникнуть у женщины во время секса с Келланом Абрамсом, рискуют быть разбиты кувалдой его убеждений. Именно поэтому мне приходится напоминать ему – но себе в первую очередь, – что наши встречи строго регламентированы нашим устным договором, если выражаться на языке Абрамса.
– Ты забыл? Мы по одну сторону забора, как любит выражаться Винс.
