— Мли-ин… Я как-то об этом и не сообразила. Да и кто его знает. Может это временное явление? Может в его приворотном зелье какая-то хрень была?
Я принялась усиленно грызть вредную заусеницу на большом пальце (что обычно всегда и делала, если сильно нервничала и что-то при этом обдумывала, временно выпадая из реальности), наблюдая попутно, как Кэсси наливает в свою чашку нехилую порцию жирных сливок.
— По любому, ему это тоже захочется вскоре выяснить. И что-то мне подсказывает, одним временным заключением в Следственный Изолятор ты явно не отделаешься.
— Д-думаешь, отправят в карантинный блок при Магистрате для прохождения полной комиссии по выявлению аномальных магических сил?
— Хоть так, хоть как-то по-другому, но проверять тебя будут. Тем более, что в их реестре ты значишься под грифом совершенно иного магического уровня и происхождения. А уж твой новый любовничек обязательно позаботится о том, чтобы проинспектировали тебя с особой тщательностью по всем существующим на данный момент тестам и анализам.
— А как-то по-другому ты не пробовала меня успокоить, нет?
— Ну-у… — Кэсс поставила локти на стол, обхватила свою чашку обеими ладонями и уже было приблизила её край к своим красивым пухлым губам, но тут же временно подвисла после моего “нежданного” вопроса. — Нет! Честно признаться, я впервые сталкиваюсь с такой жопой. И тоже не имею никакого понятия, что нужно делать в подобных ситуациях. Одно дело, если бы ты связалась с каким-нибудь антимагом-психопатом десятого уровня. Но это же, мать моя женщина, Эйлдар Бошан! Я вообще раньше думала, что он типичный голубок, подобно большинству современных антимагов. А тут… Сколько раз, ты говорила, с ним… перепихнулась за эту ночь?
- Я не говорила… Потому что не считала.
За кофе я так и не потянулась, зато подцепила одну из печенюшек с антипредсказаниями. И то, не с целью его съесть, а, скорее, использовать в качестве легального антидепрессанта.
В нашем закабалённом Правоверной Церковью мире, где всё магическое запрещено, включая использование сверхъестественного дара ясновиденья, подобные вещи становятся, в своём роде, неплохим средством для коммерческого выживания. На настоящие предсказания наложено уголовное табу. Но, оказывается, многим так же хочется узнать, что же их не ждёт в ближайшем будущем с неменьшим на то любопытством. Особенно, если эти антипредсказания написаны в весьма шутливой форме, а на обратной стороне вложенного листика идёт не менее забавная сноска-предупреждение: “Если всё из непредсказанного по каким-то неизвестным нам причинам вдруг сбудется, авторы данного контекста никакой моральной и магической ответственности за подобную аномалию не несут!”
— Ясно… А по времени это сколько у вас продолжалось, хотя бы приблизительно. — Кэсс почему-то снова вернула чашку на столик и скрестила руки у груди, одновременно облокотившись о край столешницы.
— М-м… могу лишь сказать, что чуть дольше, чем это бывало с Кайлом. Или… чуть намного дольше. Скорей всего, здесь виновато приворотное зелье.
Но быстро съехать с темы Кэсси мне так и не дала.
— А ты его предупреждала о возможных последствиях? Или вы вообще ничего не обсуждали? Сорвались сразу же с места в карьер?
— Так он же этот — антимаг. Ты сама говоришь, что на них не действует ничего магического.
— Кроме, как оказалось, чародейских феромонов и заколдованных вещей, которыми их можно убить, как и простой пулей.
— Простыми пулями можно убить кого угодно. Или почти кого угодно.
— У тебя сейчас в Лайтонвилле живёт один помешанный на тебе смертный. Даже если ты и сотрёшь ему память, это не гарантирует ровным счётом ничего. Достаточно ему тебя узнать или вспомнить, проблем тогда уже точно не оберёшься. Будет тебя преследовать, пока оба не свихнётесь, или пока он не убьёт кого-нибудь по-настоящему в бесконтрольной вспышке дичайшей ревности. А тут, мать его, целый анитмаг высочайшего уровня! Если и этот на тебя подсядет, как подсел Кайл…
Я скривила очередную кислую мину, осклабившись в жалобной усмешке и одновременно разломив слоёную печенюшку. Хруст последней показался каким-то уж очень громким.
— А вдруг пронесёт?
