— Откуда вы меня знаете? — спросила Миньон.
— Лука часто говорил о вас, да и Саша поведал вашу историю.
— Почему эти скоты столь благожелательны к вам?
Миранда объяснила.
— Повезло! — вздохнула Миньон.
— Не думаю! Саша предупредил, что они собираются продать меня. Объяснил, где находится английское посольство. Как только доберемся до Стамбула, сбегу. Хотите со мной? Покажем этим варварам, на что способны американка и француженка!
Внезапно Миньон улыбнулась:
— Господи! Лишь бы удалось! Вернусь в Париж… Боюсь даже мечтать об этом.
— А ваши дети?
— Понятия не имею, которые из них мои, — сказала Миньон. — Их тут же уносили, сразу после родов. Опять жду ребенка…
Появился Бюри. Швырнул сарафан, и Миньон с благодарностью взглянула на Миранду.
— Мерси, мадам, — сказала она.
Миранда кивнула и обернулась к татарину.
— Что сказал князь?
— Разрешил. Тебе и твоей служанке приказано располагаться на ночлег под подводой. Старый Оглы останется при вас сторожем.
Князь распорядился, чтобы вас не трогали. Но наши сегодня празднуют, а с пьяных, сама понимаешь, невелик спрос! Сидите под телегой и не высовывайтесь!
Он растворился в темноте.
Миранда протянула тарелку с рагу, предложив Миньон разделить трапезу, но та отказалась.
— Я сыта, а вы поешьте. Барашек с овощами такой вкусный.
Миранда последовала ее совету. Она понимала, что ей нужно сохранить силы. Она съела мясо, обглодала косточку и даже высосала мозг.
— Может, попьем из ручья?
— Можно, — отозвалась Миньон. — Им сейчас не до нас.
— Правильно. Мы хотим пить. Вода, вода! — Миранда кивнула в сторону ручья.
Оглы понял, с трудом поднялся и пошел с ними. Вернувшись, женщины сели на телегу, свесили ноги и принялись рассказывать друг другу о прежней жизни.
— Я родилась в год, когда пала Бастилия. Отец — герцог…
Мать — дочь крестьянина. Они не были женаты, — вздохнула Миньон. — Мы с матерью жили в Нормандии, в глухой деревушке, поэтому нам посчастливилось избежать ужасов Французской революции, — добавила она. — Отец бежал в Англию. Благодаря титулу и сексуальным подвигам ему удалось заполучить в жены богатую наследницу. Когда Наполеон захватил власть, он вернулся во Францию. Служил императору верой и правдой, поэтому ему вернули имение.
Когда мне исполнилось десять лет, мать получила от него письмо.
Отец изъявлял желание, чтобы я, его внебрачная дочь, получила образование. В конверт были вложены деньги. Мать выполнила наказ. Я пошла в школу. Отец регулярно присылал деньги на обучение. В первый раз я увидела отца, когда мне исполнилось пятнадцать. «Почему вы решили дать мне образование?» — спросила я при встрече. «Чтобы в следующий раз у восставших было на одного человека меньше».
Женщины рассмеялись. Миньон сказала, что они стали с отцом большими друзьями. Он привез ее в Париж и отдал в престижную монастырскую школу, где восполнили пробелы в ее образовании.
Закончила она ее в восемнадцать лет и стала учительницей в модном пансионе для благородных девиц. А в двадцать получила великолепное место гувернантки княгини Тумановой в Санкт-Петербурге.
Остальное Миранде было известно…
Миранда поведала ей свою историю и в заключение сказала;
— Я непременно убегу! И вы со мной.
— Вы любили Луку? — неожиданно спросила француженка.
— Нет, — сказала Миранда. — Хороший человек, но единственный мужчина, кого я люблю, — мой муж Джаред.
— А я любила, — прошептала Миньон, — но, пока вы не появились, даже не догадывалась, что он способен на глубокие чувства.
— Его судьба совсем не похожа на нашу, — заметила Миранда. — На ферме он жил гораздо счастливее, чем в годы юности. Вы ведь не голодали? Не страдали от холода? — Миньон покачала головой. — Так я и думала. И хотя вы незаконпорожденная, отец любил вас и баловал.
У Миранды затекла спина, и она переменила позу.
— И я ни в чем не нуждалась, — продолжала она. — А Лука был беден. Он не понимал, что такое настоящая свобода, равно как и все остальные рабы на ферме. Но мы-то с вами знаем, что это такое.
И мы будем с вами свободными, поверьте!
— Миранда, но ведь у вас скоро родится ребенок. Вам придется нелегко.
— Ничего, справимся, — уверенно сказала она.
Они посидели еще несколько минут, потом залезли под телегу и легли, укрывшись накидкой. Только-только задремали, как ночную тишину огласил пронзительный крик. Обе одновременно проснулись и сразу же поняли, что происходит. Татары насиловали женщин.
Миранда и Миньон прижались друг к другу, зажали уши руками и, когда крики постепенно стихли, забылись чутким сном. На рассвете их растолкал Оглы. Он принес им по кружке сладкого горячего чая и по куску холодного мяса.
Миранда вытащила расческу и причесала волосы себе и Миньон.
Потом они умылись холодной водой из ручья и снова тронулись в путь.
— Ищите землянику, — посоветовала Миньон. — Думаю, они опять заставят нас идти весь день без еды и питья.
— Зачем?
— Чтобы мы не вздумали сбежать. Вечером накормят. Хотят, чтобы мы добрались до Стамбула в более-менее приличном состоянии, но днем вымотают нас до предела. А пока будем питаться дарами природы.
