— А теперь перейдём к главному. Раз уж ты всё знаешь, то я не буду придумывать очередные поводы и хитрые ловушки. Скажу так, как есть. Я намерен на тебе жениться, как можно раньше. И будет лучше если ты добровольно на всё согласишься, и никаких неприятных для меня сюрпризов в период церемонии не произойдёт! Тогда, так уж и быть, в первые месяцы брака я постараюсь быть по отношению к тебе… скажем так, более любезным. В противном случае всё так или иначе сложится именно так, как я запланировал. Но любезности от меня уже можешь не ждать. Хорошенько запомни: я тот, кто всегда добивается своего любыми путями и методами! Поняла? Теперь основания и дальше откладывать наш брак уже нет. Поэтому предлагаю сыграть свадьбу через неделю.
— Неделю? Так рано?
Он ответил вопросом на вопрос:
— Всё-таки не хочешь по-хорошему? Вариант силы и наказаний тебе нравиться больше?
— Что Вы! Я не против нашей с Вами свадьбы…
Лэрд удивлённо поднял брови, как бы давая понять, что не верит мне, а я продолжила, томно и грустно вздыхая:
— Я лишь, как любая другая девушка, мечтаю о красивом свадебном платье, и чтобы свадьба прошла красиво. Ведь она бывает раз в жизни.
— У тебя точно будет только раз! — резко произнёс он, а затем немного смягчившись проговорил: — Хорошо, пойду тебе на встречу за то, что сегодня порадовала меня своим характером. Свадьба будет через две недели и не часом позже!
Затем он ещё громче прокричал, глядя на закрытую входную дверь:
— Никалос, заходи, а то сейчас сквозь стену вывалишься, подслушивая!
И в комнату, действительно, спустя пару секунд чинно вошёл толстяк в сопровождении молодого мужчины. Я сразу поняла, что это был тот самый коварный соблазнитель Ренальд. Его выдавала одежда, очень похожая по фасону на ту, что одета у его отца. Да и на отца он внешне неумолимо был похож, только моложе, и пока ещё худее.
Лэрд Мариас обратился к мужчинам, вошедшим в гостиную, сообщая:
— Ну что же, мы с невестой договорились. Так что можете поздравить нас, через две недели будет церемония.
— Вот и хорошо. Очень хорошо. — Довольно потирая руки, и растянув на лице фальшивую улыбку проговорил Николос. А затем добавил: — Что же, дорогой сосед, это нужно отметить!
— А я пока провожу Марлиону в её комнату, — проговорил Ренальд, хитро чему-то улыбаясь.
— Больше ты к ней и пальцем не прикоснёшься! — зло процедил Мариас таким тоном, что я аж невольно поёжилась.
— Конечно, конечно. — ответил ему молодой дракон.
— Только посмей… — не успокаивался лэрд, прожигая Ренальда взглядом. — Раздавлю, как муху!
— Ну что Вы… — пытался сгладить накалившуюся ситуацию Никалос. — Мой сын ни в чем не виноват. Это всё она! Вместо скромной и благочестивой девушки, каковой мы её всё с младенчества воспитывали, Марлиона оказалась коварной соблазнительницей! Возможно, это гены берут своё. Но впредь мы ей не позволим…
Я не выдержала обвинений приёмного папаши в свой адрес и выдала.
— О, не стоит беспокоиться! — Затем горько нарочито громко вздохнула и жалостливо добавила. — Любовник из Вашего сына совсем никакой вышел. Даже жаль потраченного с ним времени. Так что продолжения точно не будет.
Вся троица уставилась на меня, никто не ожидал подобной реплики от меня. А что их удивляет? Сам же приёмный папаша упрекнул меня в отсутствии скромности и благочестия. Пользуясь замешательством остальных я продолжила говорить:
— Так, что тебе мой дорогой женишок опасаться и волноваться нечего. Неудавшиеся опыты я дважды не повторяю. А теперь, позвольте мне откланяться. Всего доброго!
Я развернулась в сторону выхода, и не дожидаясь ответа вышла из залы.
Уже поднимаясь по лестнице услышала своим, как выясняется, довольно чувствительным слухом разговор мужчин.
Лэрд, тот, который жених, сразу после моего ухода одобрительно хмыкнул и обращаясь к Николосу добавил:
— А ты уверял, что девица забитая и скромная… Огонь! С такой скучно не будет. Строптивая. Люблю таких укрощать.
— Знаю, как ты их укрощаешь, потом девицы без вести пропавшими числятся.
Меня передернула от этого жуткого разговора. Выходит, один садист — маньяк, которому потребовалась очередная игрушка для развлечений, а другой — даже зная это, за деньги продает свою приемную дочь, ту самую, которую с младенчества растил! И, главное, такие жуткие вещи, они так спокойно, ничего не опасаясь, обсуждают.
— Я только одного не пойму, Мариас, зачем тебе официальная жена для этого понадобилась, к тому же драконица. Неужели человеческих служанок не хватает?
— Они хилые и слабые, быстро испускают дух. Драконицы более выносливые. Не бойся, Никалос, я слишком быстро свою официальную жену я не изведу. Мне не нужно лишних сплетен в мой адрес. Да и слишком дорого эта игрушка мне обходится, чтобы быстро от такой избавляться.
Я зашагала еще быстрее, торопясь к себе в комнату. Теперь я отчетливо понимаю, отчего Марлиона предпочла убежать из этого мира. Почувствовала, как у меня по коже бегают неприятные мурашки. Но уйти в мою комнату мне не дали.
