Непокорная ведьма полностью

Сочувствие ведьмам в Новой республике теперь каралось смертью. Должно быть, Руна об этом знала, потому что отвела взгляд и прикусила губу.

Гидеон не мог ей довериться. Ни за что. Но, как только они окажутся на острове, доверять ей не придется. Даже если Руна солгала ему, это не будет иметь никакого значения.

Она не сможет предать меня, если я предам ее первым.

Гидеон знал, как надо поступить.

Надо согласиться на условия Руны. Тайком провезти ее в Новую республику. А потом, как только они окажутся в порту, самому ее арестовать.

Когда Руна – живая и невредимая – окажется на попечении Кровавой гвардии, Гидеон начнет переговоры с Сореном, и тогда уже он будет устанавливать условия: Сорен сможет вернуть свою драгоценную невесту, только если уничтожит Крессиду.

Гидеона не волновало, как именно Сорен это осуществит, лишь бы Крессида и ее ведьминская армия встретили смерть до того, как разорвут Новую республику в клочья. Как только Сорен подчинится, Гидеон передаст ему Руну. Кровавой гвардии не придется и пальцем шевелить. Надо будет просто подержать Руну в плену, пока Сорен не согласится на их условия.

Гидеон понимал, что, если удастся провернуть такой фокус, он уничтожит сразу две угрозы и получит все, что хочет: Крессида будет мертва, его репутация восстановлена, а на острове снова воцарится мир.

Единственной непредсказуемой переменной была Руна.

Все это могло быть тщательно продуманным заговором по низвержению всей республики и Гидеона в частности. Впрочем, даже если все сказанное – ложь, Гидеону надо будет лишь опередить Руну.

– Что ты будешь делать, когда я доставлю тебя на остров? – спросил он, подыгрывая.

Руна навела пистолет ему на грудь.

– Если ты думаешь, что я расскажу тебе все о своих планах, чтобы ты мог их саботировать, ты глупее, чем кажешься.

Гидеон взглянул на револьвер, заметил, что курок не взведен. На мгновение он задумался, не стоит ли сыграть в молчанку, посмотреть, сколько Руна выдержит – нажмет ли на самом деле на курок и лишь потом осознает свою ошибку.

И все же не удержался.

– Надо сначала курок взвести, а потом стрелять.

Щеки Руны заалели.

– Будь ты проклят, – пробормотала она. Взвела курок и снова прицелилась.

Вот только даже стояла она неправильно. Сразу было заметно, что опыта обращения с огнестрельным оружием у нее нет. Гидеон поразился неосторожности Сорена. Если бы в подобной ситуации оказалась его невеста, Гидеон бы первым делом научил ее правильно держать, заряжать пистолет и стрелять.

А потом она убила бы меня из этого самого пистолета.

И все же пока не убила.

Он задумчиво рассматривал Руну.

И ее прическа, и макияж были абсолютно безупречны. Глаза подведены сурьмой. Щеки и губы покрыты румянами. Даже ее ресницы казались темнее, чем обычно.

Ему хотелось размазать всю эту краску. Растрепать кудри. Уничтожить все наносное, чтобы осталась только настоящая Руна.

– Почему ты на самом деле передумала? – спросил он. – Вряд ли дело в Сорене.

На мгновение во взгляде Руны всколыхнулось сильное чувство, подобно волнам моря в грозу, и Гидеону стало еще любопытнее.

– Я закончила с ответами. Ты согласен на мои условия или нет?

– Ты просишь меня нарушить прямой приказ. Что тебе мешает бросить меня и сбежать, как только я выполню свою часть сделки? Ты ведь однажды уже предала меня, помнишь?

– Ты тоже не самый благонадежный человек, – не уступала Руна. – Как только узнал, кто я на самом деле, отправил меня на казнь.

И сделал бы это снова.

– Это ты внушила мне, что любишь меня. – Он сделал шаг вперед, и дуло пистолета уперлось ему прямо в грудь. – Ты использовала меня ради информации. Все это время ты забавлялась со мной, а сама набирала ведьм для армии Кресс!

– Я даже не знала, что это Крессида!

Руна поморщилась, вероятно, осознав, как громко прозвучали ее слова. Она покосилась на занавеску, которая отгораживала их от остального магазина.

– Я считала ее Верити, – тихо продолжила она. – Своей подругой. Я не знала.

До чего же с ней было сложно.

– С тобой я никогда не знаю, как отличить истину от лжи, – признался Гидеон.

Руна ничего не сказала, лишь опустила револьвер, но по-прежнему держала оружие при себе.

Доверять ей было невозможно. Чтобы выполнить ее просьбу, надо было пойти против всего, чему Гидеон был предан, против всех, кто доверял ему. Заключив сделку с Руной, он всех предаст.

«Если только не предам ее первой», – напомнил он себе.

Руна явно намеревалась поступить так же. Гидеон ни на секунду не верил, что она будет верна ему, заключив перемирие. Разумеется, у девушки припасен туз в рукаве. Как только Гидеон выполнит свою часть сделки, Руна исчезнет, не выполнив обещания, а может, найдет еще более ужасный способ предать его.

На сей раз надо быть на три шага впереди нее.

– Ну так что?

– Ладно. – Он кивнул. – Я согласен на временное перемирие.