— Еще одна подобная выходка и я развею тебя на неделю, — пригрозил Дарк фантому.
Сделать вид, что ничего не было, он не мог. Все же речь о безопасности. Пусть не получилось отвадить незваного гостя силой, но вычислить его личность все еще можно. А там уже разобраться при встрече.
Сформировав сгусток тьмы, Дарк направил его по следу. Лучшие ищейки Эйтилии не сравнятся с темной магией. Она найдет наглеца и укажет на него. Надо лишь подождать, процесс, увы, не быстрый.
— Охраняй, — велел он Сумраку, но все равно проверил еще раз сам.
На пса сегодня нельзя положиться. Не будь тот фантомом – по сути, частью магии Дарка – он бы решил, что Сумрак заболел.
Лишь убедившись, что чужого присутствия больше нет, он лег в кровать. Но не спалось. Не из-за страха. Тьмаги мало чего боятся, потому что им мало что в состоянии навредить. Разве что стопроцентно светлый маг может тягаться с темным. Свет и тьма слишком разные, чтобы сосуществовать.
И даже не из-за злости, от которой Дарка по идее должно было аж трясти. Но вместо гнева он испытывал восхищение. Каков наглец! Не боялся проникнуть к тьмагу и сумел уйти безнаказанным. Давно его никто так не обставлял.
Кто же ты такой, незваный гость, и что тебе было нужно?
После слов леди Маливы я пулей взлетела на второй этаж и ворвалась в свою комнату. Моя одежда – чистая и отглаженная – уже висела на стуле. Я кинулась к ней, но на полпути притормозила. Картина… я не смогу взять ее с собой. Я даже не уверена, что сниму ее со стены.
А если и сниму, то есть куча других «но». Например, как ее пронести мимо леди Маливы? Пусть она не видит Картину, но мои странно разведенные в стороны руки, определенно заметит. И еще неизвестно, каково Картине будет в мире без магии. Вдруг она там погибнет? Как ни крути, а ее придется оставить здесь.
Вздохнув, я подошла к Картине. Ненавижу прощания! На полотне так и было поле с ромашками. Как бы ни хотелось, больше я не просила показать мужчину с черными глазами, вообще ничего не просила показывать. Слишком это опасно. Раз он почувствовал, могут почувствовать и другие. У меня было стойкое ощущение, что я прошла по краю и едва-едва избежала крупных неприятностей.
— Я ухожу, — со вздохом погладила раму. — Прости, но я не могу взять тебя с собой. Мне будет тебя не хватать.
Картина не могла ответить, она выразила печаль иначе. Изображение поля сменилось на проливной дождь. Картина плакала, и у меня на глаза тоже навернулись слезы.
— Я не могу остаться, — всхлипнула. — Не знаю, что леди Малива задумала на мой счет, но чую, что ничего хорошего.
Отвернувшись от Картины, пока не передумала, я сняла с уха клипсу. В моем мире она ни к чему, а затем поспешно переоделась в свои родные вещи. До чего же удобно в джинсах и кедах! Ощущение, словно инквизиторские колодки с ног сняла.
Под ворохом одежды обнаружился сюрприз – мой старенький телефон. Я не могла позволить себе что-то дорогое, но сотовый хотела. В один из последних побегов из интерната на деньги с подработки я купила бэушную кнопочную «Нокиа». Телефон обычно лежал в заднем кармане джинсов, и я прихватила его с собой в другой мир.
Надеюсь, его не постирали вместе с одеждой. Я нажала на кнопку включения. Через минуту экран загорелся синеватым светом. Надо же, работает. Все это время телефон был выключен и не разрядился. Все-таки «Нокиа» – не убиваемые монстры.
Что ж, телефон пригодится в моем мире. Здесь он, естественно, сеть не нашел, но дома я могу связаться с друзьями. Я потянулась к кнопке, выключить сотовый. Нечего зря тратить заряд. Но нажать ее не успела, внимание переключилось на странное движение в углу комнаты.
Там было… нечто. Не человек, не животное, не существо, а какой-то сгусток. Чего-то черного, туманного, жуткого. И он тянулся ко мне! Стелился по полу, словно змея, подбираясь к моим ногам. Выбрасывал отростки-щупальца, слепо шаря в поисках жертвы.
Я не завизжала на весь дом только потому, что крик застрял в горле. Не отдавая себе отчета и не соображая, что делаю, дрожащей рукой направила телефон на
А дальше спальню затопил свет. Такой яркий, что мне пришлось зажмуриться. Я, конечно, в курсе, что у старой «Нокиа» мощный фонарик, но чтоб настолько… Не фонарик, а гигантский прожектор.
Раздалось шипение, словно на раскаленную сковороду налили воду. Чем бы
Минута ушла на то, чтобы успокоиться. Сердце колотилось, как припадочное. Так и до тахикардии недалеко.
Немного придя в себя, я осторожно выдохнула и убрала сотовый в задний карман джинсов, в очередной раз укрепившись в мысли «пора валить». Мне точно не место в мире, где в спальню среди бела дня запросто может заползти
