Все внутренности наполняются яростью, и я начинаю заводиться не на шутку. А мне нужно успокоиться, в «Империале» будет непростой разговор с отцом Мии, я не должен сорваться, но у меня пиздец как руки чешутся. Еще и мать ездит по расшатанным нервам.
— Со мной все в порядке, — произношу спокойно, пытаясь успокоить бурю, хаотично гуляющую в груди. — Но Мию я больше в обиду не дам.
Не дожидаясь ее ответа, я разъединяю звонок и снова вырубаю свой мобильный, чтобы церберы Картера меня не отследили. А то знаю я таких подонков. Перехватят меня где-нибудь по пути и будут выбивать информацию о нахождении Фурии.
*****
Уверенно вхожу в кабинет директора «Империала» и сразу же ловлю расстроенное лицо отца. Он сидит на своем почетном месте, руки сложены в замок и лежат на столе. Перевожу взгляд в сторону и серьезно смотрю на мистера Картера, который расслабленно расположился в гостевом кресле. Не спеша прохожу вглубь комнаты и под тяжелые взгляды присутствующих мужчин разворачиваю второе кресло и сажусь напротив отца Мии.
Сверлим друг друга хмурыми взглядами, и никто не собирается уступать.
— Ты понимаешь, что ты наделал? — спрашивает вроде спокойно, но его голос, словно острое лезвие.
Осматриваю его костюм, до блеска начищенные ботинки и мне становится мерзко от его идеального вида. На нем он явно зациклен и это нездорово.
— Мия никого не била и у меня есть доказательства, — не отвожу глаз от его ледяных и бездушных зрачков, пускай знает, что я его не боюсь. — Бритни и ее подруги готовы подтвердить, что они напали первыми. Ее родители не будут подавать в суд.
— Правда? — мой отец воодушевляется и даже немного подскакивает на своем кресле.
Одариваю его строгим взглядом и вновь возвращаю свое внимание к мистеру Картеру.
— Правда, — произношу четко.
У этого властного сухаря не проскальзывает ни одна эмоция на худощавом лице.
— Это не меняет положение, — говорит с ровной интонацией. — Ты украл ее из больницы.
— Из психушки, — нагло уточняю. — В которую вы поместили ее против воли.
— Ей нужно лечение.
Смотрю на него исподлобья, и вдруг меня осеняет. Ему совершенно плевать на свою дочь, эта ситуация была всего лишь поводом, чтобы избавиться от нее. Злюсь за Мию, какой бы вредной и капризной она не была, девчонка не заслуживает такого скотского отношения.
— Я не верну вашу дочь, пока вы не дадите гарантий, что она снова не окажется в психушке, — произношу медленно, чтобы он распознал мой воинственный настрой. — Инцидент с семьей Бритни улажен, дайте Мие свободу и вы больше никогда не услышите о ней ничего плохого. Она останется в «Империале» и успешно окончит его, — замолкаю и оцениваю обстановку, напряжение хоть ножом режь, — строго под мою ответственность.
— Условие мне ставишь, щенок? — он перекидывает ногу на ногу и легонько постукивает пальцами по кожаному подлокотнику.
— Нет, мистер Картер, — цокаю, — всего лишь прошу спокойной жизни для вашей дочери. Если вы еще помните кем она вам приходится.
Отец Мии молчит и переваривает мои слова, а я продолжаю топить за справедливость:
— Я понял, она вам не нужна, только жизнь отравляет. Так вот, я заверяю вас, что Мия больше не будет вам досаждать.
Просканировав меня с головы до ног, он немного поворачивается в сторону отца.
— Мистер Батлер, — произносит строго, — мне нужны видео материалы, на которых все участницы драки подтверждают слова вашего сына о невиновности Мии. Только в этом случае я отложу идею с ее лечением на неопределенный срок, — специально выделяет голосовой интонацией последние слова и смотрит на меня, затем встает и молча уходит.
Вот мудак!
Как только он закрывает за собой дверь, я расслабленно откидываюсь на спинку кресла и тяжело выдыхаю. Весь разговор старался держаться достойно, но даже у меня поджилки потрясывались от этого мерзкого человека, которому главное прикрыть свою задницу.
Не заметила, как заснула, но теперь чувствую себя намного лучше. Голова не такая тяжелая, тело слушается, и дурацкие мысли не крутятся в бешеном хороводе. Встаю с дивана, и осматриваю гостиную, взгляд падает на окно, на улице уже стемнело.
В доме тишина, Мэта до сих пор нет, и я начинаю волноваться. Бесцельно наворачиваю круги по комнате и не решаюсь включить свет. Мне страшно, вдруг кто-то заметит и придет, а я здесь совершенно одна. Набрасываю на плечи клетчатый плед и сильнее укутываюсь в него, по коже крадется неконтролируемая дрожь, мой воспаленный мозг издевается надо мной и мне кажется, что на берегу озера кто-то ходит.
Так точно можно сойти с ума!
Вдруг подъездную дорогу освещает белый свет фар и возле дома останавливается внедорожник. В темноте сложно рассмотреть тачку, но я очень сильно надеюсь, что это вернулся Батлер. Облегченно выдыхаю, когда замечаю знакомую здоровую фигуру, вылезающую из машины и уверенно направляющуюся к дому, это точно Мэт.
— Привет, — произношу с нескрываемой радостью, когда он только-только пересекает порог.
— Привет, — улыбается в ответ и запирает за собой дверь. — Почему в темноте сидишь?
