– Ладно. Но только до больницы, – вздохнула и отпустила ее. Дёмин поднял Аню на руки, в ответ Смолец влюбленно посмотрела на него, стараясь прикрыть свою счастливую улыбку, и крепко держалась за шею парня.
Не дай бог…
– Пойдемте, – Юлиан указал головой в сторону дороги, засунув руки в карманы брюк. И вообще, почему он в такое время надел рубашку и брюки? Выглядит в них конечно очень даже… сексуально? Не вздумай так думать, Егорова!
Обычно выглядит. Ничего такого.
Я никогда не смотрела на Юлиана как на объект симпатии. Мы всегда дружили, доверяли друг другу, помогали и проводили время вместе. Многие всегда считали, что в будущем мы станем парой или даже поженимся, но от одного упоминания об этом я показывала людям язык, приговаривая, что мы с Третьяковым будем всегда исключительно друзьями и не более. Юлиана это вполне устраивало. Я так думаю…
Я шла следом за этой сладкой парочкой, которая уже о чем-то мило ворковала, и понимала, как сильно меня это начинало раздражать. Мне не хотелось, чтобы Дёмин сделал больно Ане.
Та никогда не встречалась с парнями, потому что все вечно указывали на ее лишний вес. Таким я сразу ломала носы, если находилась где-то рядом. В подростковом возрасте была бойкой, стояла за всех стеной, хотя и меня саму порой Смолец защищала. Нам, конечно, потом прилетало от учителей и родителей, однако это никак не повлияло на их мнение о нашей сильной дружбе.
Когда я поступила в колледж на гостиничное дело, поняла, что мне там было совсем неинтересно, если не считать плотного изучения английского языка. Однако я училась хорошо, сдавала вовремя зачеты и экзамены, участвовала в конкурсах и была активным студентом. Особенно в плане физической культуры, потому что опыт в скачках помогал мне не раз. Мы ведь без дела не сидим, вечно занимаемся, и нагрузки не меньше, чем если бы я ходила в тренажерный зал.
В колледже я мало с кем общалась, даже подружек особо не было. Так, переписывались, делились сплетнями, да ходили на совместные вечеринки. Но этого было мало для раскрытия своей настоящей личности, даже про скачки не хотелось говорить, боялась, вдруг осудят или скажут замолчать, как было в школе. Держалась ото всех в стороне, была одиночкой. Мне очень не хватало присутствия Ани. Но благодаря нашим вечерним созвонам я смогла продержаться три года.
– Ты из-за Ани так поздно на улице? – вопрос прозвучал резко. Я очнулась от своих мыслей и чуть не врезалась в железный столб. Юлиан вовремя подставил свою ладонь. – Ты хоть смотри, куда идешь.
– Да. Она хотела мне сказать что-то важное, а после поранила ногу из-за того, что упала в лесу. Кто ж знал, что она захочет написать закат на нашем поле. – Я убрала его руку, смущаясь.
– На нашем поле?
– Ну то, с ромашками.
Неужели он не помнит его? Мы были там вместе лет пять назад. А потом родители запретили туда бегать, так как считали, что в лесу довольно небезопасно.
– Вспомнил. Красивое место. Надо будет тоже сходить. – На его лице проскользнула улыбка, а я бесстыдно рассматривала его профиль, продолжая замечать новые детали.
– Надеюсь, оно сильно не изменилось, – бросила я, сворачивая за угол.
– Надеюсь.
– Ты куда-то ходил с Дёминым? – этот вопрос почему-то тревожил меня.
– Мы были в баре. А что? Нельзя? – и вновь я увидела хитрую ухмылку, которую он показывал всегда исключительно мне. В голубых глазах плескалась забава от наводящего вопроса.
– Мне-то все равно. Ты уже взрослый мальчик. Но вдруг ты просто сбежал из дома, – буркнула я в ответ, избегая взгляда.
– Сбежал? С чего вдруг?
– Из-за Саши.
После этого он остановился. Я не поняла его реакции и повернулась, чтобы узнать. Но увидела нахмуренное лицо, будто он злился на брата. Или, возможно, он злился на меня из-за того, что я упомянула о нем.
– Ты знаешь?
– Знаю. Это Аня и собиралась мне рассказать.
– И что чувствуешь? – в этот раз это прозвучало довольно грубо. Он скривил губы, а после скрестил руки на груди, подходя ко мне все ближе. Сейчас Юлиан был похож на хищника и это меня пугало. Как ему удается менять свое настроение так быстро?
– В каком смысле? Мы больше никто друг другу, и мне наплевать, что он приехал, – я не врала, говорила чистую правду, хотя мне бы очень хотелось высказать все, что думаю о его гнусном поступке.
– Правда? А то я уж подумал, что ты опять будешь бегать за ним. – Юлиан взял меня за плечо и прижал к стене здания. Я слегка ударилась, чувствуя холодный камень даже сквозь теплый бомбер, и с удивлением посмотрела на парня. Что он творит?
Он медленно наклонился, рассматривая мое лицо, будто видел его впервые, и взял мягко за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Мы никогда не находились так близко к друг другу. Мое дыхание участилось, а в голове была полная неразбериха.
– Не буду я бегать за ним. С чего такие мысли?
– С того, что ты всю нашу дружбу только и делала, что пыталась добиться внимания моего ненаглядного старшего брата, – Третьяков шептал это мне прямо в губы. Я слышала в его словах нотки ревности, смешанные со злостью.
