В доме на Королевской улице любят всех собак: маленьких и больших, и щенят и взрослых.Именно там семья Паркеров открыла питомник и приют для четвероногих. Дети — Нил и Эмили — вовсю помогают старшим ухаживать за собаками. И можете быть уверены: в их городке ни один бездомный пес не останется без внимания и заботы!Дотти — самая непослушная и своенравная собака, каких только Нилу приходилось встречать. И что интереснее всего: ее хозяин не кто иной, как новый учитель истории! Непоседа Дотти уже успела побывать в трех собачьих школах и отовсюду была изгнана с позором за безобразное поведение. Удастся ли Нилу совершить чудо и перевоспитать озорного далматинца или уже слишком поздно?
Черно-белая шотландская овчарка застыла посреди дороги, навострив уши и пристально вглядываясь куда-то вдаль, туда, где дорога, извиваясь, сворачивала на проселок.
— В чем дело, Сэм? — настороженно спросил Нил Паркер.
Он повернул голову и, загораживаясь ладонью от солнца, попытался разглядеть, что же так привлекло внимание собаки. Насколько он мог увидеть, дорога была пуста.
Это был излюбленный маршрут всех окрестных собачников, выгуливающих по выходным своих питомцев, однако было еще слишком рано.
— Я ничего не вижу, а ты? — спросил Нил, обратившись к сестре, стоящей у него за спиной. Эмили Паркер, двумя годами моложе брата, приподнялась на цыпочки и прищурилась.
— Может, ему показалось, или…
— Постой, постой… Я, кажется, вижу, — прервал ее Нил. — Вон там! — и он указал рукой немного в сторону.
Из-за поворота выехала женщина на небольшом прогулочном велосипеде, а за ней с бешеным лаем на дорогу выскочил молодой и необычайно резвый далматин. Он гнался за велосипедисткой, которая, судя по выражению лица, была не на шутку перепугана. «Беглянка» и преследователь направлялись в их сторону.
Нил опасливо покосился на Сэма. Пес сидел неподвижно и безучастно наблюдал за происходящим.
— Молодец, Сэм! — улыбнулась Эмили, потрепав его по загривку. — Могу поспорить, кое-кому из папиных собак было бы чему у тебя поучиться!
— Это точно! — одобрительно кивнул Нил. — Им до него далеко!
Боб и Кэрол Паркеры, родители Нила и Эмили, содержали Питомник на Королевской улице в своем поместье неподалеку от Комптона, небольшого шотландского городка. Помимо самого питомника, здесь находились также школа и приют для собак, и всегда, сколько Нил себя помнил, собаки были неотъемлемой частью их жизни. Он и сам был без ума от них! Мальчик проводил в питомнике все свободное время, и с самого раннего детства его единственной мечтой было посвятить свою жизнь собакам.
По мере приближения далматин лаял все громче и громче. Отчаянно крутя педали, велосипедистка то и дело нервно оглядывалась через плечо, отчего ее велосипед начинал вилять из стороны в сторону. Женщина уже начала выбиваться из сил, расстояние между ней и собакой неумолимо сокращалось. Позади них, порядком запыхавшись, бежал средних лет мужчина, очевидно, хозяин далматина.
— Фу, Дотти! Фу! — кричал он. — Да стой же ты! Вот несносная девчонка!
Собака не обращала на него никакого внимания. Она продолжала преследовать велосипедистку, радостно скача из стороны в сторону и размахивая хвостом.
Сэм беспокойно заерзал на месте, намереваясь присоединиться к веселью.
— Сидеть! — спокойно, но твердо приказал Нил. Пес мгновенно опомнился и неподвижно застыл возле ног хозяина.
— Дотти, вернись! — не унимался хозяин далматина. — Будешь ты слушаться или нет?! — Он был не на шутку рассержен, но все его попытки остановить собаку не давали результатов. Дотти по-прежнему бежала рядом с велосипедом, истошно лая и норовя укусить его за заднее колесо.
Велосипедистка подъехала поближе, и Нил узнал ее. Это была миссис Смедли, она работала в Комптоне, в газетном киоске. Он заметил, что она ужасно напугана.
— Не волнуйтесь, миссис Смедли! — крикнул Нил. — Далматины не агрессивны, она просто играет с вами! Если вы остановитесь, она отстанет!
— Ты уверен?! — недоверчиво переспросила женщина. Нил утвердительно кивнул. Проехав еще несколько метров, миссис Смедли начала сбавлять скорость, с опаской поглядывая на далматина. Собака остановилась вслед за велосипедом. Высунув длинный розовый язык и дружелюбно помахивая хвостом, она с интересом глядела на миссис Смедли. Вскоре с ними поравнялся хозяин собаки. Он тяжело дышал, лицо его было красным, а со лба стекали капельки пота.
— Дотти, как тебе не стыдно! Совсем от рук отбилась! — сердито сказал он, подобрав тянущийся за собакой поводок. Дотти тут же кинулась передними лапами ему на грудь, и его светлая куртка мгновенно покрылась темными пятнами. От неожиданного натиска мужчина пошатнулся и, потеряв равновесие, растянулся посреди дороги, угодив прямо в лужу.
— Ай! — воскликнули все в один голос. Но в ту же секунду выражение сострадания на их лицах сменилось улыбкой: Дотти подлетела к лежащему в грязной луже хозяину и принялась лизать его в лицо, не давая подняться. Даже миссис Смедли, еще окончательно не пришедшая в себя от пережитого испуга, не могла удержаться от смеха. Однако мужчине было совсем не до веселья. Отмахиваясь от собачьих «поцелуев», он несколько раз пытался подняться, но всякий раз, поскользнувшись, падал обратно в лужу.
— Дотти, отстань! Да подожди ты! — бормотал он, едва не плача от досады. Наконец ему кое-как удалось оттолкнуть собаку и встать на ноги.
И тут Дотти решила отряхнуться. Грязные брызги полетели во все стороны, окатив несчастного хозяина с головы до ног.
Это было последней каплей! Бросив раздраженный взгляд на Нила и Эмили, которые все еще давились от смеха, мужчина опрометью кинулся к собаке, ухватил ее за поводок и притянул к себе.
