– Не нужна нам никакая ограда на набережной! И спасательные круги не нужны! Не поможет никакой парапет. Потому что это – Россия. Да, Феликс, здесь никогда не будет порядка, здесь всегда будет базар.
Феликс Кассан – это немец, который сидит напротив. Он живет здесь много лет, он знает русский, но он не понимает, что происходит. Он слышит слова человека в фиолетовой рубашке и морщится. Ему явно неприятно видеть, как человек публично отказывает себе в чувстве собственного достоинства. Потому что в этом и есть корень зла.
В конце концов администрация добивается своего: пар выпущен, конфликт локализован, мальчик забыт. После трех часов сотрясания воздуха решено организовать группу из шести активистов, которая будет раз в месяц встречаться с Моториным и рассказывать, что в поселке не так. Это примерно то же самое, как если бы в дорогом ресторане вам предложили приготовить совместными усилиями обед, потому что повар не справляется.
Мы возвращаемся к Виктору. У его жены Екатерины звонит телефон. Вежливый голос просит позвать Артема Викторовича Назарова.
– Артем Викторович – это мальчик семи лет, – отвечает Екатерина. – А что случилось?
– Он заказал у нас по Интернету шариков на двадцать семь тысяч. Привозить?
Екатерина дала шародувам отбой, а сыну объяснила, что за пределами поселка двадцать семь тысяч – это хорошая месячная зарплата. Мальчик задумался.
То, что в городе началась война, жители поняли не сразу. На этой войне люди стреляют в себя сами. Вместо пуль у них иглы шприцев, а они входят в вены беззвучно. Даже когда начались первые передозировки, суть происходящего поняли лишь немногие. Только спустя несколько лет после начала агрессии Кимры увидели лицо войны.
Сотрудник УФСБ Тверской области:
