Тимур, стоило только увидеть папу, задергал ручками и ножками, отбрасывая в сторону тарелку с кашей, которая лужей растеклась по полу. Отучать от груди оказалось занятием совсем не из легких. Полуторагодовалый парень ни в какую не хотел расставаться с любимой едой, закатывая истерики требуя ее даже в общественных местах.
Перепачканная кашей, без капли сожаления, не выдерживаю и вручаю нашего ребенка любимому папе, который балует его как только может.
— Вот! Забирай! Кажется, он тебя больше слушается чем меня, — устало вздыхаю и иду за тряпкой.
— Иди ко мне, сын! — с гордостью произносит Амир. — Мама устала, пусть немного отдохнет, пойдет прогуляется, только не в этом платье, — между делом сканирует меня придирчивым взглядом.
Я уже смирилась со своей кармой и даже не пытаюсь возражать, бесполезно. С каждым месяцем мой ревнивый муж становится все более подозрительным. С тех пор, как родился Тимур и я обрела прежние формы, Амир контролирует каждый мой шаг, вплоть до выбора нижнего белья.
Каждый мой выход из дома, напоминает бандитскую сходку, когда за нашем автомобилем, едет еще пять бронированных внедорожников, сопровождая меня повсюду.
Мы переехали в новый дом накануне свадьбы. Амир не хотел, чтобы мне хоть что-то напоминало прошлую жизнь, где мы чуть не потеряли друг друга.
Мама проходит курс реабилитации за границей, куда Амир, сразу же как только узнал диагноз, ее отправил.
Его родители не сразу приняли меня. Узнав, что я в положении, Мурат Ахмедович потребовал генетическую экспертизу, от которой Амир не раздумывая отказался. Когда же на свет появился наш сын — копия своего отца, его родители смягчились и признали внука. Отец Амира даже принес свои извинения, жалея о том что так плохо отзывался обо мне.
Самиру я увидела только после рождения Тимура. Девушка почти все время сидела в своей комнате и не хотела ни с кем общаться. Когда дала ей подержать племянника, она впервые за долгое время улыбнулась, чем очень сильно порадовала свою семью. Сейчас мы частенько привозим им Тимура с ночевкой, зная что он в надежных руках.
Марина стала для меня очень родным и близким человеком, самой лучшей подругой, о которой я всегда мечтала. Они с Назаром живут недалеко от нас, помогают нам с Амиром в офисе и дома. Он наконец, созрел и сделал ей предложение, чему мы все безумно рады.
После свадьбы, Амир стал более трепетным и заботливым мужем. А когда родился наш сын, окружил таким вниманием, что порой даже мне хочется от него отдохнуть…
И самое главное, я знаю, что мой мужчина меня безумно любит, повторяя это в основном, в минуты нашей близости. Я чувствую его любовь постоянно, когда заглядываю в такие родные, черные как ночь глаза, которые с янтарным блеском заглядывают в саму душу, вызывая непреодолимое желание принадлежать целиком и полностью ему, отдавать себя всю, без остатка.
Назар часто спрашивает, как я терплю рядом с собой такого тирана и собственника? Ответ прост и всегда однозначен — мне до мурашек приятно быть его непослушной пленницей, периодически выводить на эмоции, видеть его порой нездоровую зависимость от девчонки, которую он когда-то себе по-варварски присвоил, без права на спасение…