1986 год. Обошедшееся в миллион долларов празднование шестидесятого дня рождения князя Йоханнеса фон Турн-и-Таксиса продолжалось уже несколько дней. Его здоровью явно не пошел на пользу обед с лобстерами и икрой, на котором мужчины были во фраках, а женщины – в вечерних туалетах. Не менее вредными оказались второй завтрак с лобстерами и фазанами и ужин с лобстерами и жареными поросятами. Последний вечер праздника превзошел по роскоши все предыдущие. Экстравагантный костюмированный бал в стиле XVIII века начался в половине десятого вечера и закончился в то же самое время, но утром. Когда говорят о разбазаривании средств в целях повышения своего социального статуса, то имеют в виду кое-что поскромнее.
Пятьсот залов замка Святого Эммерама кишели такими знаменитостями, как Мик Джаггер и Джерри Холл, а также самыми богатыми людьми десятилетия, как, к примеру, саудовский торговец оружием Аднан Кашоги. Все были одеты, без тени иронии, в украшенные бриллиантами костюмы обреченных аристократов предреволюционной Франции. Гости въезжали во двор замка. Там их встречали слуги в одеждах крестьян, которые ощипывали кур и разводили огромные костры. Под звуки диско через цветомузыку огней и зеркал гости входили в Мушкетерский зал, балки которого были декорированы гирляндами сосисок. Там громоздились горы омаров, били фонтаны шампанского, а торт вместо свечей был украшен марципановыми пенисами.
Наконец в зал вошла княгиня Глория фон Турн-и-Таксис. Она, разумеется, оделась в костюм Марии-Антуанетты: на ней было сшитое на заказ розовое бальное платье стоимостью десять тысяч долларов. На голове громоздился вышиной в два фута, усыпанный пудрой парик, который украшала жемчужная диадема, принадлежавшая в свое время самой королеве. Позже той же ночью княгиня под аккомпанемент оркестра Мюнхенской оперы пела «С днем рожденья тебя» своему любимому мужу, стоя на «золоченом облаке». Но долго в вышине ей парить не пришлось. Вскоре княгиня Глория упала с небес на землю.
Глория стала княгиней фон Турн-и-Таксис, или, если брать ее полный титул, княгиней Марией Глорией Фредерикой Гердой Шарлоттой Тевторией Симоной Джоанной Иоахимой Жозефиной Вильгельминой Губертой фон Турн-и-Таксис, в 1980 году, когда вышла замуж за князя Йоханнеса. Князю было уже пятьдесят три года, когда он познакомился в Мюнхене с девятнадцатилетней барменшей. Они быстро нашли общий язык и спустя год поженились. Князь был эксцентричным человеком, который не делал секрета из своей бисексуальности и любил разыгрывать различного рода грубые шутки с ничего не подозревающими друзьями, например, подбрасывал во время банкета соседям слабительное или ронял селедку женщинам на платья.
Бисексуал-шутник являлся в то же время самым богатым немецким аристократом и землевладельцем своего времени. Хотя в 1919 году с основанием Веймарской республики аристократы утратили прежнее политическое влияние, титулы и богатства они сохранили. Предки Йоханнеса вели свой род с XIII века, когда они впервые упоминаются как мелкие чиновники Ломбардии, находящиеся на почтовой службе у Священной Римской империи. Тассисы (от итальянского слова «барсук»), как они сами себя называли, обрели богатства и социальный статус при дворе местного властителя. В 1489 году Франц фон Таксис стал императорским почтмейстером, заполучив полную монополию. В 1512 году Максимилиан Первый, император Священной Римской империи, пожаловал фон Таксисам дворянскую грамоту. К XVII веку Таксисы добавили к своему титулу Турн – производное от титула герцогов Торриани, на родство с которыми они претендовали. Именно вследствие этого их родовой герб украшают не только барсуки, но и башни. Спустя семь столетий фон Таксисам принадлежало несколько банков, лесопилок, лесов и пивоваренных заводов. Состояние Йоханнеса оценивалось в три миллиарда.
Несмотря на то что Глория тоже была из аристократок и носила титул графини, семья ее была небогата. Хотя девушка росла, испытывая нехватку в деньгах, сорить ими Глория умела. Они вместе с мужем скупали произведения искусства и путешествовали по всему миру, становясь героями желтой прессы и глянцевых журналов. Они устраивали дикие вечеринки, длившиеся несколько суток. Именины Йоханнеса, описанные выше, были всего лишь одним из множества праздников, которые организовывались в их величественном замке в Баварии. Однажды Глория сказала, что «по сравнению с ним Букингемский дворец кажется жалкой хибаркой».
