Затем начальник штаба полка отправил капитана Кагала в подчиненную ему роту связи «проводить день и ночь воспитательную работу, пока они не поймут, к чему их долг обязывает». Вскоре пришел Уткин и сразу предложил:
– Ну что, поехали? Я уже знаю всю эту историю.
– Куда ехать?
– Как куда?! В Хиршберг. Предварительно надо узнать, чей там сейчас стоит полк, связаться с начальником штаба и все ему рассказать. Предупредить, что мы скоро подъедем.
На все эти перезвоны и справки потратили почти два часа. Выехать смогли только после обеда.
Отправились на двух машинах: со мной, на «фиате», – майор Каун, за нами, на «опель-олимпии», – майор Уткин. Набрали побольше бензина и кое-что из продовольствия – на всякий случай. Во второй половине дня добрались до Хиршберга. Повстречались с командованием нашего полка, с которым до отъезда по телефону договорились о совместных действиях. Оказывается, они уже навели справки у американцев. Те ничего существенного не сообщили, но предупредили все свои посты. Одновременно якобы высказали пожелание встретиться с нами, чтобы получить информацию из первоисточника. Замполит Уткин сразу загорелся:
– А как это практически осуществить?
Командир полка, не задумываясь, ответил:
– Надо приехать в Хоф. Это около семи – десяти километров от границы. Там располагается штаб полка и штаб батальона, который непосредственно несет службу против Хиршберга, где как раз и есть мост через Заале. Я уже у них там бывал несколько раз. И они ко мне приезжали.
Едва командир полка обмолвился, что уже бывал у американцев, как Владимир Васильевич Уткин решительно встал и объявил:
– Друзья, нечего мешкать, надо немедленно отправиться в Хоф. Надеюсь, что командир полка туда нас проведет.
Тот с удовольствием согласился. Но мы с Кауном заупрямились и даже выразили свое неудовольствие.
– Владимир Васильевич, ну что ты всегда решаешь за всех? – возмутился Федор Иванович. – Я думаю, что можно было бы ограничиться договоренностью с командиром полка: в случае обнаружения наших солдат по ту или другую сторону провести их задержание и сообщить нам.
Я, естественно, поддержал Федора Ивановича, тем более что меня совершенно не радовала поездка без санкции на американскую сторону, хотя мы с американцами и были союзниками и друзьями. Однако все дело испортил командир полка.
