Жюри присяжных постановило и обязало Южнокорейскую авиакомпанию выплатить 50 миллионов долларов США семьям 137 погибших пассажиров (приложен список). Остальным семьям решением других судов также определена соответствующая помощь.
Таковы факты. Они неопровержимы. Поэтому те СМИ и их сотрудники, которые в своих репортажах извращают правду и стараются умножить и без того огромное горе народов России, рисуя в своих материалах полную безнадежность, что порождает отрешенность от своего Отечества, заслуживают общественного презрения.
Позиция «независимых» СМИ, являющихся на самом деле ярыми прислужниками Запада и прежде всего США, особенно наглядно проявилась в связи с трагедией «Курска».
Экипаж подлодки, как один человек, сплотился в своей стальной крепости против коварно сложившихся обстоятельств. Весь личный состав подводного крейсера – от командира корабля до матроса – навечно остался в сердцах и в памяти народа. Они вечно будут с нами. Мы в их лице будем видеть немеркнущий символ доблести и преданности своему народу и Отечеству. В тяжкие дни непоправимого горя мы должны объединиться, независимо от своего социального положения, национальной принадлежности и вероисповедания. Сплотиться и выстоять, а не падать, поддавшись тяжести трагедии.
К этому нас призывает и Президент РФ В.В. Путин.
С первых дней трагедии и до конца проведения спасательных работ непосредственно в районе событий в Баренцевом море находился корреспондент Российского телевидения А. Мамонтов. Именно он и его коллега И. Белокопытов, единственные из всей армии корреспондентов, давали народу оперативную и объективную информацию, за что все им, разумеется, благодарны. Был Мамонтов и на встрече Президента РФ В. Путина в Видяево с родными и близкими погибших моряков «Курска», а на второй день встретился с Президентом РФ и провел по этому поводу с ним беседу. И вот когда Мамонтов спросил президента, какое впечатление он вынес от встречи с родственниками погибших моряков, то Путин сказал: «Разве можно подобрать какие-то слова, чтобы выразить свои чувства? Выть хочется!»
Этим все сказано. Мы все видели, как он переживал в те дни, лицо его просто почернело от горя. Да черным станешь только от одного того, какую получил Россию из рук Ельцина. А тут еще новые беды и катастрофы, которые являются следствием развала государства.
Владимир Владимирович согласился с репликой одного из 400 родных погибших моряков, который на встрече в Видяево сказал: «Мы знаем, что вы на посту президента всего 100 дней. Но коль на ваши плечи свалилась такая ноша, то вы должны нести этот крест до конца».
Время идет, а хулители не унимаются. Прозвучали голоса, осуждающие президента за то, что он не сразу прилетел на Северный флот, хотя всем понятно, что если бы он и прилетел, то ничего бы не изменилось – руководители ВМФ и Северного флота обязаны и принимать решение, и организовывать действия по спасению, что и было сделано (но должных средств для спасения на флоте уже нет – они были 10 лет назад). А приезд президента только сковал бы действия флотских руководителей.
Кстати, в США ни один президент подобными вопросами вообще не занимался, считая это компетенцией военно-морских сил. И это правильно. У нас же всю тяжесть ответственности возложили на В. Путина.
Прокричали критики и о том, что будто бы Президент РФ, министр обороны и руководство ВМФ поступили бесчестно: не имея у себя в полном объеме спасательных средств, отвергли помощь Англии и Норвегии. Хотя фактически никто эту помощь не отвергал, ее приняли сразу, но тем и другим надо было иметь несколько суток, чтобы собраться и на своих судах выйти в район катастрофы.
Печально другое – наши ультрасовременные батискафы, построенные вместе с «Курском» и предназначенные для спасения подводных лодок такого класса, на протяжении более двух суток никак не могли «присосаться» к кораблю над кормовым аварийным люком, так как последний был деформирован, а сама лодка лежала на дне океана хоть и не глубоко, но с большим креном на левый борт. Нужны были глубоководные водолазы, а их, еще работающих, в стране фактически уже не было (а те, кто остался от Советского Союза, либо уехали по контракту на заработки за рубеж, либо работают по другой специальности). Норвежские глубоководные водолазы открыли кормовой аварийный люк за 8 часов работы, а наши спасатели пытались что-то сделать несколько суток, но так и не смогли.
Конечно, на фоне нашей беспомощности норвежские водолазы выглядели эффектно. Но если бы на «Курске» были еще живые моряки, разве бы открытие люка их спасло? Нет, разумеется. Нужно было дополнительно иметь над этим люком аппарат типа батискафа или колокола, с помощью которого надо было откачать воду, и только после этого можно было открыть люк и группами принимать моряков из затонувшей лодки, челночно доставляя их на спасательное судно.
