И я тоже. Не став больше подслушивать, я направилась в свою комнату. Мысль была только о том, что нужно предупредить короля о планах Дамиана. Ведь его величество был заинтересован в том, чтобы лорд Зачари не вошел в Род Целителей. Если я не успею, то вряд ли проживу больше года.
Буквально влетев в спальню, я захлопнула и подперла стулом дверь. От вторжения не защитит, но и незамеченным оно не останется.
Хотелось кричать, чтобы выплеснуть из себя ту бурю эмоций, которая бушевала во мне. Злость. Ненависть. Обида. Негодование. Страх. И это лишь малая их толика. Как же тяжело чувствовать себя никому не нужной. Понимать, что моя жизнь никем не ценится. Впору самой смерти пожелать, но я слишком хотела жить.
А потому вдох-выдох, и искать выход. Я не сдамся. Тем более сейчас, когда на кону моя жизнь.
Сколько я просидела без движений, пытаясь себя успокоить — не знаю. Очнулась я от стука в дверь. И кто такой вежливый в этом доме мерзавцев? Убрала и стул и открыла дверь. За порогом стояла женщина. Она смерила меня внимательным взглядом и только потом заговорила:
— Хозяин велел собрать ваши вещи, леди Александрин.
Я отступила в сторону, давая ей пройти.
— А вы кто? — запоздало спросила я.
— Эмма, — ответила женщина и, не говоря больше ни слова, принялась за сборы.
Видимо, ее вежливости на большее не хватило. Не удивительно, с таким 'хозяином' и прислуга будет под стать.
— Эмма, когда мы отправляемся, Дамиан не говорил, случайно? — все же поинтересовалась я.
— Как только ваши вещи будут собраны, — не оборачиваясь, ответила она.
Значит, шансов даже не остается. Слишком быстро развиваются события, но я должна хоть как-то успеть предупредить короля о том, что задумал Дамиан. Быть может, тогда он вытащит меня из этой ямы, в которую сам же и бросил. Глупая надежда, но если ни во что не верить, то можно запросто сойти с ума.
Я пошла на поиски Дамиана, хотя и совсем не желала его видеть. Но надо. Просто попытаться. На мое счастье, он встретился мне на лестнице, уже без гостя. Одновременно мы скривились, увидев друг друга.
— Дамиан, я могу предупредить родных? — сходу спросила я.
— А есть ли они у тебя? — издевательски ответил он на вопрос.
Я решила стерпеть колкость. Но запомнила, что Дамиан достаточно осведомлен об отношении ко мне.
— Я бы хотела попрощаться с Августином.
— Твоему братцу сейчас не до тебя, — продолжая путь наверх, кинул он, — но ты можешь оставить ему записку.
Я только кивнула. Уже шанс. Вот только, как написать ему? Уверена, что Дамиан прочтет записку. Уже, когда мы с мужем разошлись, я обернулась и задала ему вопрос:
— Как объяснить причину отъезда?
Муж остановился, посмотрел на меня удивленно, но ответил:
— Тебе очень захотелось посмотреть Джорму, пока твоя тягость не мешает этому.
Что же, вполне сойдет за причину. Теперь мне нужно проявить всю смекалку, чтобы уместить между строк послание для короля.
Он ворвался в трапезную безо всякого предупреждения, чем не только удивил, но и напугал прислугу.
— Всем вон! — тихо, но тем не менее не терпя возражений, распорядился он.
Сидящие за столом лишь с интересом смотрели на вошедшего. Мужчина, никого не приветствуя, уселся на свободное место и стал сверлить взглядом столешницу. Было заметно, как эмоции бушевали в нем, и он пытался их успокоить.
— Максайм, ты слишком дерзок, — с укором бросила Армелия, хранительница Рода Целителей. — Несмотря на твое положение, все же не стоит вести себя подобным образом.
Он не среагировал на ее слова.
— Не будь строга, Армелия, — вмешался король, — Полагаю, у Максайма есть причины, что могли бы объяснить его настроение.
— Есть, — не глядя на присутствующих, подтвердил Максайм, — есть причины. Вы тут спокойно сидите, обсуждаете погоду и прочую ерунду, а она вынуждена страдать за все ваши промахи!
— Максайм! — одернула его Армелия. — Ты же прекрасно понимаешь, для чего все это задумано.
— От этого не легче, тетушка, — вздохнул Максайм. — Мне с каждым разом все сложнее подыгрывать Дамиану, да и выносить его присутствие, — честно признался он. — Этим утром я чуть не сорвался, когда он на глазах у Александрин стал тискать ее служанку.
— Как она? — вдруг спросил Астор.
Все заинтересованно посмотрели на младшего принца. Но тот упрямо дожидался ответа.
— Странно, — ответил Максайм, потирая виски. — Одному Одноликому известно, как она только держится.
— У Александрин очень сильный дух, — пояснила Армелия. — Она никогда не впадет в истерику, а будет искать выход.
— Неужели нельзя было ее предупредить? — негодовал Максайм. — Объяснить ей, зачем все это задумывалось?
— Нет! — резко ответил король. — Мы не были уверены, подействует ли на нее отворот или она поддастся влиянию артефакта, что носит Дамиан. Тогда все наши усилия прошли бы даром.
— Но теперь, когда стало понятно, что она не поддалась, почему нельзя ей все рассказать? — не успокаивался Максайм.