Дыхание на миг сбилось. Сталкивался? Скорее уж вляпывался. В прямом смысле. Он и его отряд полным составом. Выбрались не все… О такой пакости Йонто до тех пор ничего не знал. Как и о драйтах. Ему говорили, что в Юкрей водятся гигантские пауки, но пауков он не боялся, невзирая на их размеры. И драйты, в действительности на пауков похожие весьма отдаленно и то лишь при наличии яркой фантазии, оказались меньшим из зол. А вот их сети… Паутина? Если бы. Паутину гигантских пауков — нормальных, не этих порождений Грани — Йонто видеть доводилось. Толстая, липкая… заметная.
Сети же были невидимы. Ни обычным, ни магическим зрением. И, самое поганое, тянули жизнь из того, что оплетали.
Да, тогда Йонто этого не знал. После одной из ночевок отряд проснулся в круге превратившейся в пепел травы и конечно же поспешил убраться с проклятого места. За считаные мгновения Йонто потерял троих: коснувшиеся невидимых нитей стали прахом. Тут-то и вспомнили страшные сказочки о драйтах. И об их дивных сетях. И о том, что охотники обречены сидеть здесь, пока не умрут. А после нажравшиеся душами драйты и плотью не побрезгуют…
Йонто смириться с участью легкой закуски не захотел. Он кружил по мертвой полянке, присматриваясь так и эдак, и все же увидел проклятые нити, образующие неровные ячейки — к счастью, достаточно крупные, чтобы в них пролезть, при должной ловкости не коснувшись нитей. Но хорошие новости на этом заканчивались. Никто больше сети не видел. Да и самому Йонто приходилось напрягать зрение так, что глаза очень быстро начали болеть и слезиться, а перед ними запорхали кровавые мушки. Только выбора не было: люди слабели с каждой проведенной здесь минутой. И они рискнули. Доверились командиру, который доверию оному вовсе не обрадовался.
Йонто их вывел. Почти всех. Двое оказались недостаточно ловкими. Или же невнимательными. Или же… Не важно. Он помнил их до сих пор. Знал, что сделал все возможное, но…
А глаза пришлось лечить. Долго. И как же ругалась Шаная… Он и слов-то таких раньше не слышал.
И сейчас… опять?
С поджидавшими их драйтами ослабленные сетями охотники пусть и не без труда, но справились. И кладку нашли… Уничтожили. Год прошел. И прорывов больше не случалось, а значит… Была еще одна кладка? Или даже не одна…
И лес движимые голодом твари покинули. Доползли до деревни. Опутали ее сетями…
Несколько часов назад. Гонец был быстр, но… Не всем подвластны теневые либо лунные тропы.
А владетель… не отмахнулся. И в самом деле обеспокоен. Людей ему жаль? Или… Без разницы. Главное, что выбора снова нет.
— Так что, сталкивался или нет? — поторопил раздраженный шэт-шан.
— Да, мой господин, — отогнав видения прошлого, кивнул Йонто.
— Я пытался найти еще кого-нибудь с таким же опытом, но, увы, не преуспел. — Владетель поморщился, с удивлением оглядел собственные ладони, успевшие обзавестись когтями, и совершено по-детски спрятал руки за спину. — Времени мало. Вся надежда на тебя. Что хмуришься? Страшно?
Страшно. Страшно уйти отсюда… и не вернуться.
— Я должен охранять Тайро-ара и госпожу Анну, — напомнил Йонто.
Жертв драйтов было жаль. Но Ана… Он больше не имел права рисковать.
— С Тайро ничего не случится, а об Анне я позабочусь сам, — отрезал владетель. — У тебя час на сборы. Людей… надежных, не кривись… я дам. Тропу откроешь?
И про тропы знает… Ничего удивительного в общем-то, но… нехорошо.
— Пока не могу, — сухо признался Йонто. — Травма…
Спасибо старику.
— Ладно, откроем лунную. Дольше, конечно, но… Ты все еще здесь?!
Продолжать спор было опасно. А значит… нужно идти. Идти и вернуться.
— Не геройствуй и не торопись, — бросил напоследок владетель. — Маги убрать сети не смогли, но их пагубное влияние приостановили. Будь осторожен.
Трогательная забота… Йонто от неожиданности даже о порог едва не запнулся.
С шэт-шаном определенно было что-то не так.
С его эранирами — тоже. Вот какого чентоля их на стражу поставили? Они же ничего дальше собственного носа не видят и не слышат! Не то чтобы Йонто жаждал их внимания, забираясь в окно… Но как оставить Ану под их охраной?!
— Позаботится он, как же, — проворчал он, спрыгивая на пол в комнате. — Но сначала я об этих… с-с-стражах… позабочусь.
Здесь было темно и тихо. Ана спала среди подушек. Рядом лежала раскрытая книга.
Йонто присел рядом с кроватью. Темнота… не особо мешала. Ладонь под щекой, дрожащие во сне ресницы и чуть приоткрытые губы он видел четко. Осторожно убрал со лба рыжеватую прядку. Не удержался, коснулся волос…
И понял, что еще немного — и не сможет ее оставить.
Как же так получилось?
И что теперь с этим делать? Ему, который ничего не в силах ей дать…
— Йонто? — сонно позвала Ана, открывая глаза. — Ты…
— Я должен уйти, — быстро сказал он, пока решимость окончательно не выветрилась. — Думал, лучше предупредить тебя…
— Правильно думал, — согласилась она. И ладонь его как-то совершенно незаметно оказалась в ее ладонях. — Это… опасно?
— Нет.
— Ты не умеешь врать, — пробормотала она.
Ей — не умеет. И учиться не хочет. Хотя и надо бы. Чтобы лишний раз не волновалась. Потому что успокаивать он тоже не умеет.