Неправильные полностью

— Здрасьте, — говорит Слава, с опаской глядя на возвышающуюся над ним гору с пронзительно-ненавидящим взглядом. — Лер?

— Да, привет. Подожди меня внизу, хорошо? Я буду через пару минут.

Парень кивает, а Марк грубо захлопывает дверь перед его лицом.

— Уходи, Марк.

— Я уйду отсюда только с тобой.

Эти разговоры выводят меня настолько, что я готова кричать от безнадежности.

— Этот олень больше и близко к тебе не подойдет.

— Не раздражай меня, пожалуйста, — умоляющим голосом прошу я.

Марк подходит ко мне и с раздражением смотрит в мои глаза:

— А ты не занимайся хрен знает чем. Теперь у нас будет ребенок! Думала, что тебе удастся скрыть его от меня?

— Уж очень надеялась, во всяком случае.

— Смешно.

— А если я скажу тебе, что он не твой, ты отцепишься?

— Не утруждайся, я знаю, что это мой ребенок. И ты будешь жить со мной. Хочешь ты того или нет, но как я сказал, так и будет. Времени на добровольное подчинение у тебя ровно полторы недели. С первого января нового года ты будешь жить под моей крышей. Воспротивишься — заставлю тебя переехать силой. Я не хочу этого, но если понадобится — сделаю все.

Окинув меня быстрым взглядом, Марк разворачивается и подходит к двери. Взявшись за ручку, он сквозь зубы добавляет:

— Если этот олень хоть пальцем прикоснется к тебе, я выбью ему не только зубы. Пакуй чемоданы.

— Да брось, Лер! Это у него юмор такой своеобразный, — улыбается Слава, совершенно не понимая, что именно я пытаюсь донести до него последние пятнадцать минут. — Кстати, его лицо мне определенно знакомо…

— Не могу поверить, что все это происходит со мной! Я должна была сразу поехать домой вчера, но какого-то черта решила сделать кружок по центру… Боже, за что?!

— Прекращай паниковать! — командует Слава, хлопнув меня по правой ладони. — Сейчас приедем домой и обо всем спокойно поговорим.

Я только нервно вздыхаю и молю, чтобы водитель такси прибавил скорость. Ко мне домой мы приезжаем ровно в час дня. Пока я принимаю душ, Слава уходит на кухню и начинает кашеварить.

— Знаешь, я все думал, где же мог видеть его…

— Я не могу так больше! Мне нужно срочно уехать отсюда, срочно!

— Сядь ты, ради бога! А теперь объясни мне, что не так? — твердым голосом спрашивает Слава, насильно усадив меня на стул.

— Ты меня вообще не слушал, да?

— Сложно было, мы ехали с таксистом в толстенных очках, я следил за дорогой. Между прочим, он три раза проехал на загоревшийся красный сигнал!

— Марк хочет забрать моего ребенка!

— По чесноку — он и его ребенок тоже. Да и с чего ты взяла, что он хочет забрать его у тебя? Ты же мать! Будущая мать, — уточняет он и подбегает к тостеру, который только что выплюнул квадратный кусок хлеба. — У хороших мам детей не забирают.

— Если бы не эта авария, он ничего и не узнал бы. Господи, ну как же так?!

— Его лицо определенно знакомо мне, — бубнит парень, наливая кипяток в кружки. — Слушай, тебе нервничать противопоказано, а еще ты заводишься на пустом месте, ну правда. Подумаешь, вспылил, да на его месте любой мужик бы разозлился, узнав, что у него будет ребенок, о котором он не подозревал три месяца.

Я бессильно опускаю голову на стол и таращусь на хромированную ручку от бежевого кухонного ящика.

— Боже! Что же ты за человек?! Хорошо, что конкретно он сказал тебе? Давай, воспроизводи.

— Чтобы я собирала чемоданы. Что я обязана переехать к нему, потому что у нас будет ребенок. Боже, нет! Никогда в жизни! Он думает, что будет помыкать мной? Кретин! Самовлюбленный болван, считающий, что ему все можно! Я ни за что не буду плясать под его дудку, пусть хоть полгорода разнесет, а я ни за что не стану жить с ним под одной крышей!

Громко выдохнув, поднимаю взгляд на Славу и вижу его округлившиеся глаза.

— Что? — кидаю я.

— Я вспомнил.

— Молодец, а теперь дай мне тост, потому что я очень хочу погрызть хлеб.

— Ты не поняла: я вспомнил, где видел его.

Выхватываю из его рук тарелку с тостами и с удовольствием кусаю сухарик.

— Пожалуйста, подай в холодильнике икру кабачковую. Ой, и пасту шоколадную.

Слава бросает на меня удивленный взгляд и без разговоров выполняет мою просьбу. Пока он выбрасывает чайные пакетики, я мажу тост шоколадной пастой, а сверху накладываю кабачковую икру.

— Кошмар, — буркает парень, глянув на мой бутерброд.

— Зря, очень вкусно.

— Помнишь, мы ходили с тобой в «Абрамс»?

Я издаю протяжное «угу», потому что мой рот забит едой, которую нормальный человек никогда не стал бы есть. Во всяком случае, смешивать между собой.

— Это название от фамилии Абрамов. Твой Марк, он же Марк Абрамов. Красивая фамилия, тебе повезет, если… Но я промолчу. Ему принадлежат несколько торговых и бизнес-центров в городе. Между прочим, компания его отца считается самой старой и успешной не то что в нашем городе, но и за его пределами.

— Откуда ты все это знаешь?

— Его лицо мне покоя не давало, а потом я вспомнил, что несколько раз видел его в «Абрамсе» в компании парней и девушек. Они всегда сидят на втором этаже, где балкон. Марина рассказывала мне о нем, только это было несколько месяцев назад.