Спустя полгода после свадьбы, Злата сдалась перед напором огромной толпы родственников, возглавляемой неугомонными бабулями. Они с Марком решили родить ребеночка, Филипп их идею поддержал. Все трое очень ответственно подошли к воплощению идеи в жизнь. Мельников занимался с ней сексом только в презервативе и отдал полную свободу сексуальных действий Марку. Много времени им не понадобилась, и она быстро забеременела. В итоге вторую годовщину свадьбы она встретила в роддоме. И если беременность проходила довольно легко, то сами роды протекали тяжело. Малышка Милана появилась на свет спустя сутки после начала схваток у будущей мамы. Злата была измотанная, уставшая, в процессе получила несколько разрывов, но прошла бы снова весь нелегкий процесс заново, чтобы иметь возможность обнимать своего ребенка. Собственно, Ланка слишком быстро росла, через год в школу уже пойдет, и Злата всё чаще задумывалась о том, что хочет еще одно дитя.
— Ты уже наелась? — спросила Злата, поправляя дочке волосы.
Девочка росла всеобщей любимицей, и это откровенно говоря не слишком хорошо сказывалось на её характере. Дерзкая, своенравная, действующая, как она хочет, а не так как ей говорят. Внешность, как и характер, Милана унаследовала от отца, а Марк пай-мальчиком никогда не являлся. Прабабушки, бабушки и дедушки только ухудшили дело. Её родители, проморгавшие детство дочери, теперь отыгрывались на внучке. Ланка с чисто женским коварством умела крутить окружающими, как ей того хотелось, особенно это касалось двух сумасшедших папаш. Злате приходилось постоянно их тормозить, чтобы они окончательно не разбаловали ребенка.
— Да, всё очень вкусно, мамочка, — деловито ответила девочка, ерзая на стуле. — Просто там мультик начинается…
Злата скомкано улыбнулась, потому что мультики, которые обожала дочь, мягко говоря ставили её в тупик.
— Беги, конечно, — разрешила Злата, — только пап поцелуй.
Миланка улыбнулась, сверкнув ямочками, сорвалась с места и маленьким метеорчиком кинулась к Марку. Кузнецов отвлекся от поедания рассольника, поднял девчушку на колени и потрепал её по головке.
— Ну, па-а-апа, не порть мне прическу, — надула губы молодая кокетка, — бабушка мне косички всё утро заплетала!
У матери Златы наконец-то активировался материнский инстинкт, чему Злата откровенно была рада. Няню нанимать она не хотела, а бабушка очень помогала в воспитании маленькой егозы.
— Ланка, совсем ты не любишь папку, — пожаловался Марк и тоже надул губы. Их недовольные моськи были так похожи, что Злата не выдержала и хихикнула. — Я так устал на работе, так спешил к своей принцессе, а ты убегаешь от меня.
— Папа, я тебя очень люблю, но у меня дела, а у тебя помимо меня еще одна принцесса есть, — авторитетно заявила Лана, немного картавя. С девочкой активно занимался логопед, но полностью выправить дефекты речи пока не удавалось. — Мама!
Мужчины переглянулись и дружно рассмеялись.
— Мама у нас уже не принцесса, — пояснил до этого молчавший Филипп. — Мама у нас королева!
Личико девчушки чуть сморщилось, она обдумывала сказанное Филом, а потом важно кивнула. Она редко ставила под сомнение слова Мельникова.
— Значит вы останетесь с королевой, а не с принцессой, а это еще круче! — заявила она и чмокнула папку, после чего оббежала стол и одарила поцелуем в щеку наклонившегося к ней Филиппа.
— Беги, егоза, — ущипнул её за щеку Мельников, — но долго телевизор не смотри! Глазки устанут и заболят, и придется носить очки, как у прабабушки!
— Хорошо, — ответила Милана и торопливо побежала наверх. Взрослым только и оставалось, что смотреть ей вслед.
— Она слишком быстро растет, — покачал головой Марк и вернулся к ужину.
Злата посмотрела сначала на Кузнецова, а потом на Мельникова. Вспомнила, как год назад она чуть не потеряла Фила, как больно было…. И приняла решение.
— Марк, давай разведемся, — неожиданно для мужчин выпалила она, отчего Марк подавился и закашлялся. — Нам надо развестись!
Кузнецов кашлял и бил себя в грудь, а Мельников от неожиданности уронил ложку из рук, и та упала на стол с гулким звоном, разнесшимся по столовой эхом.
— Ты с ума сошла, мать? — рыкнул Марк, придя в себя. — Какой развод? Ты в своем уме?
— Злат, ты чего себе надумала? — менее грозным голосом спросил Филипп.
Она тяжело вздохнула и положила голову на ладонь.
— Я еще одного ребенка хочу, — призналась она с мечтательной улыбкой. Со стороны наверняка напоминала блаженную, но мысль о совместном с Филькой ребенке делала её немного сумасшедшей.
— И что? — вспылил Кузнецов. — Давай прямо здесь и сейчас его начнем делать! В чем проблема?
— Ты не понял, — мягко ответила Злата и посмотрела на Мельникова, который начал догадываться, о чем подумала она. — Я хочу ребенка от Филиппа. И хочу, чтобы он официально являлся его отцом, а не «другом семьи»!
