Парень был так сильно расстроен, что я невольно потянулась и обняла его.
— Всё обошлось, Скотт. Правда.
В ответ он обнял меня намного крепче, чем можно было ожидать.
— Больше никогда не оставлю тебя без присмотра! — в сердцах пообещал он.
Я только покачала головой:
— Хватит уже. Ты ни в чём не виноват.
Отклонившись, Скотт с неуверенной улыбкой сказал:
— Слышал, ты задала ему трёпку? Даже не знал, что ты у нас такая крутая.
— Я полна сюрпризов, — с горечью пошутила я. Мне стало значительно легче, как только я поняла, что он не смотрел запись.
— Кэтлин?
Оглянувшись, я увидела подошедшую к нам Тиш. Она с чувством прижала меня к груди.
— О, Боже. Как ты нас напугала!
Мне казалось, Тиш меня задушит. Всё-таки повезло мне с друзьями.
— Всё хорошо, — выдохнула я, как только она отступила. У неё подозрительно дрожали губы. — Только не плачь, пожалуйста, или испортишь макияж, — с напускной строгостью предупредила я.
— Ты ведь не злишься на меня, правда? За то, что я отдала запись тому парню? — спросила она, понизив голос. — Он ответил на твой сотовый и, знаешь, я подумала, что ты ему доверяешь.
Ещё бы. Я легко доверяю ему свою жизнь — промелькнуло у меня в голове, но вслух ничего не сказала.
— Ромео был потрясён, — продолжила Тиш, шмыгнув носом. — Никогда не видела его таким. Я думала, он расплачется.
Мои глаза удивлённо расширились.
— Серьёзно?
— Представь себе. Он практически умолял меня поговорить с тобой, чтобы ему самому не пришлось.
Ох. Значит, шеф так сильно за меня волновался? Кто бы мог подумать. Нервно облизав губы, я спросила о том, что меня беспокоило больше всего.
— Скажи, кто-нибудь ещё видел эту запись?
Тиш покачала головой.
— Только Ромео. Я, мм… хотела посмотреть, но не стала. — Она вздохнула: — Ты пойдёшь в полицию?
— Нет.
Глаза Тиш округлились.
— Ты должна.
— Ромео сказал тебе, кто на меня напал? — спросила я, сильнее понизив голос.
Она покачала головой.
— Окружной прокурор.
Её рот открылся.
— Ты шутишь?
— Если бы, — ответила я, бросив на неё значительный взгляд. — Не волнуйся. Мы воспользуемся записью, но только без вмешательства копов.
Тиш понимающе кивнула.
— Хорошо. Лишь бы этот ублюдок за всё заплатил.
Я вздохнула:
— Вероятно, все уже знают?
Тиш покачала головой:
— Нет. Только Скотт, я и ещё Джефф.
Наверное, это была обнадёживающая новость. Меньше всего мне сейчас хотелось ловить на себе многочисленные сочувствующие взгляды.
К счастью, смена выдалась напряжённой, и я смогла на время с головой уйти в работу. Я смутно представляла, что скажу Кейду, когда он приедет. В любом случае, это будет тяжёлый разговор. Ко всему прочему, я волновалась, как бы он не наломал дров с Джеймсом. Неведение сводило с ума, поэтому, увидев, как Кейд зашёл в бар за несколько минут до закрытия, я вздохнула с облегчением. Он успел переодеться в джинсы с чёрной футболкой, под которой на поясе был револьвер.
Поймав мой взгляд, Кейд улыбнулся знакомой косой усмешкой.
— Как дела с Джеймсом? — спросила я, дождавшись, когда он сядет за стойку. Открыв две бутылки пива, я поставила одну перед ним.
— Бесхребетный ублюдок пошёл на попятную, как и следовало ожидать, — он чокнулся со мной горлышком.
Я прерывисто выдохнула. Казалось, у меня с души свалился камень. Сделав приличный глоток пива, я уточнила:
— Значит… Блейн теперь вне подозрений?
Кейд кивнул:
— Абсолютно. Обвинения снимут завтра утром.
Слава Богу. Я была рада, что отвратительное столкновение с Джеймсом, в конечном итоге, принесло пользу. Если бы я обратилась в полицию, разразился бы скандал, который, возможно, только усугубил ситуацию. Теперь же идиотизм Джеймса сыграл Блейну на руку.
Через полчаса мы со Скоттом подготовили бар к следующей смене. Он закрыл главную дверь и, игнорируя следовавшего за мной Кейда, спросил:
— Тебя точно можно оставить?
Я устало улыбнулась:
— Не волнуйся. Увидимся на следующей неделе.
Кивнув, Скотт ушёл, а Кейд повёл меня за руку к стоянке.
— Знаешь, у меня есть идея, — сказал он, когда мы остановились у машины. Притянув меня к себе, он зарылся носом в изгибе шеи. — Давай снова испачкаемся. Перевернём всё вверх дном.
От хриплости его голоса по моей коже пробежали мурашки, и я зажмурилась. Неважно насколько сильно хотелось изменить своё решение, я должна идти до конца.
— Мы не можем, — тихо сказала я.
— Конечно можем, — ответил он, коснувшись губами моего уха. — У меня есть горничная. Она всё уберёт.
— Дело не в этом, — возразила я, отстраняясь. — Я говорю о тебе и мне.
Кейд поднял голову, и наши взгляды встретились. Его брови недоумённо нахмурились.
— О чём ты говоришь?
— Мы не можем быть вместе, Кейд, — сказала я дрогнувшим голосом. — Ты это знаешь.
Его адамово яблоко поднялось и опустилось.
— Почему нет? Я продолжаю свой новый бизнес. Ты будешь со мной в безопасности. Не делай этого с нами.
Каждое его слово вонзалось мне в сердце. Слёзы подступали к глазам, но я цеплялась за своё притворное хладнокровие.
Мне нужно пройти через это, во что бы то ни стало. Я должна солгать.
— Неважно. — Мой голос прозвучал на удивление сдержанно. — Я не могу ответить на твои чувства.
