Когда меня заставили вытянуть руки по бокам, чтобы я не двигалась, моё дыхание участилось, а взгляд заметался по сторонам.
— Блейн! — закричала я. О, Боже. Он обещал, что не оставит меня. Где он был сейчас? — Блейн!!!
Сотрудники скорой помощи меня проигнорировали. Один из них натянул на руки перчатки и открыл шприц. Я не отрывала глаз от иглы, когда врач потянулся к моей руке. Ужас оцарапал моё горло, и я закричала с новой силой.
— Какого чёрта вы делаете?
В машину ворвался Блейн с искажённым от ярости лицом.
— Блейн! — просипела я, глотая слёзы.
— У неё истерика, — пояснил врач. — Вы можете её успокоить?
Блейн не потрудился ответить, его внимание было сосредоточено на мне.
— Тише, Кэт, — мягко сказал он, расстегивая стягивающие ремни. — Всё хорошо. Ты в безопасности. Я обещаю тебе. — Его серые глаза удерживали меня в плену. — Просто дыши, — он уговаривал меня, поглаживая по руке. — Медленно. Сделай глубокий вдох.
Я чувствовала на своей ладони сильную и тёплую руку Блейна и полностью сосредоточилась на этом ощущении. Ремни больше не давили, и я снова могла дышать. Меня трясло, на коже проступил холодный пот. Постепенно ощущение реальности вернулось. Я наконец поняла, где находилась и что со мной происходило.
От охватившей меня неловкости захотелось спрятаться под каталку. Я поверить не могла, что устроила истерику только потому, что меня положили в идиотскую машину скорой помощи.
— О, Боже, — выдохнула я, закрывая лицо руками. Мне хотелось рыдать. — Что со мной не так?
— Она пришла в себя? — спросил водитель, ждавший на улице.
— Да, — подтвердил врач. — Поехали.
Дверь снова закрылась, и через минуту мы выехали со стоянки.
— Мэм, мне необходимо измерить ваше давление, — настороженно сказал врач. — Не могли бы вы протянуть руку?
Я кивнула и терпеливо ждала, пока проводили необходимые процедуры, стараясь ни на кого не смотреть и чувствуя, как горели от стыда мои щёки.
— Я прошу прощения, — сдавленно извинилась я. — Не знаю, что на меня нашло.
— Не волнуйтесь, — легко ответил врач, застёгивая тонометр. — Иногда у людей случаются приступы паники. Вас только что сбила машина. Ваша реакция объяснима.
— Так это приступ паники? — спросила я, почувствовав себя немного легче.
— Нет, не совсем, — возразил Блейн, и я перевела на него удивлённый взгляд. Он всё ещё держал меня за руку, и я не могла заставить себя освободиться. Пока ещё не могла.
— Ты повторно пережила психотравмирующую ситуацию.
Его слова заставили меня сжаться. У меня болела грудная клетка, что-то случилось с моей рукой и, судя по всему, я страдала посттравматическим расстройством.
Когда Блейн описал симптомы ПТСР, я не могла не согласиться с его диагнозом, несмотря на то, что чувствовала себя… крайне слабой. Блейн несколько месяцев участвовал в военных действиях, ему приходилось убивать и выживать. Он имел право на посттравматический синдром, вернувшись к гражданской жизни. Меня похитили на неделю, большую часть которой я вообще не помнила. Моя слабость духа не выдерживала никакой критики.
В больнице меня обследовали, выписали лист с назначениями и отпустили домой.
— Почему я не заполнила согласие на лечение? — спросила я у Блейна, когда он помог мне встать с больничной койки.
— Я заполнил его вместо тебя, — ответил он, и у меня вырвался прерывистый вздох.
Меня ждал немаленький счёт за вызов скорой, и я не сомневалась, что ещё буду долго вспоминать своё лечение. Спасибо Уильяму Гейджу.
— Похоже, он настроен решительно, — отрывисто заметила я. Мне ничего не оставалось, кроме как принять помощь Блейна, когда мы выходили из больницы. Конечно, мне не понадобилось уточнять, о ком я говорила.
— Так и есть, — ровно сказал Блейн. Он остановил такси и помог мне сесть на заднее сиденье, после чего последовал за мной и сообщил адрес водителю.
— Подожди, а что будет с моей машиной? — спохватилась я, вспомнив, что «Тайота» всё ещё стояла возле магазина.
— Я позвонил Джералду, — ответил Блейн. — Он заехал за ключами и вернул машину к твоей квартире.
У меня вырвался прерывистый вздох. Я давно не видела Джералда и сильно по нему скучала. Жаль, что мы не увиделись.
В больнице меня продержали несколько часов. В итоге, всё моё воскресенье полетело под откос.
Я приложила много усилий, чтобы подняться по лестнице, и была рада, наконец, погрузиться в мягкие диванные подушки. Тигр, не теряя времени, запрыгнул на мои колени и громко замурлыкал.
— Ты проголодалась? — спросил Блейн, остановившись в дверях гостиной.
Я подняла на него глаза, отрешённо гладя мягкую рыжую шерсть.
— Всё в порядке. Дальше я справлюсь сама.
В глазах Блейна промелькнуло что-то похожее на вспышку злости, но его голос был сдержанным, когда он произнёс:
— Я не говорю, что ты не справишься, но у тебя проблемы из-за меня, и я хочу помочь. Пожалуйста, позволь мне…
Я решила, что наконец наступила пора быть предельно честной — как с собой, так и с ним.
— Блейн, я не могу так, — отрывисто сказала я. — У меня нет сил… быть рядом с тобой. Мы не друзья. Возможно, ты способен на дружеские отношения со мной, но я не могу.
