– Дэвид, известный под ником NightWatcher, – он одарил меня кроткой улыбкой, когда протянул мне худощавую руку. – Должен тебе сказать, что был очень заинтересован в тебе, когда услышал, что ты задаёшь вопросы о Даниэле Грей. Прошло много времени с тех пор, когда я слышал это имя. Прежде чем я что-либо ещё тебе расскажу, я хочу знать, почему кто-то такой юный как ты, интересуется мужчиной, который мёртв уже как десять лет.
Я встретилась с его взглядом, даже не моргнув.
– Даниэль Грей был моим отцом.
Глаза Дэвида широко распахнулись, и его рот принял форму "О".
– Так значит ты, дочь Мадлен.
– Да, – резко произнесла я. – Ты знал её?
– Мой отец знал её, – он утих, поскольку официантка подошла к нашему столику принять заказ. Он заказал кофе и подождал пока она не уйдёт, прежде чем заговорил снова: – Десять лет назад Мадлен Круа позвонила моему отцу с целью сообщить ему, что у неё были огромные проблемы, и она нуждается в его помощи. Мне было четырнадцать и я помню, что он не был рад её услышать. Я мог видеть его страх, несмотря на то, что он пытался скрыть это от меня. Несколько дней спустя Мадлен появилась у нас дома. Они беседовали около часа, и он передал ей кожаную сумку, которую он, видимо, хранил для неё. Она была битком набита деньгами и какими-то бумагами. Она сказала, что должна исчезнуть.
– Она сказала почему?
Он нервно оглянулся по сторонам и его голос упал настолько низко, что мне пришлось податься ближе к нему.
– Мадлен сказала моему отцу, что она выяснила личность Магистра.
"Гусиная кожа" выступила на моих руках, и неприятный зуд скатился вниз по моему позвоночнику. Все знания, что я имела о Магистрах вампиров, я получила от Реми, и этого было вполне достаточно, чтобы напугать меня до смерти. Магистры были старыми и могущественными с силой, намного превосходящей любого нормального вампира. Ты не можешь просто так вбить в Магистра кол, отсечение головы – единственный способ убить его. Наиболее пугающим в них было не их физическая сила, а их выдающиеся мысленные способности. Только Магистры могут командовать другими вампирами и они, без преувеличения, создают маленькую армию вампиров для службы им и делают их почти непобедимыми. Именно поэтому Магистры обычно жили так же открыто, как и другие вампиры, но страх перед ними заставил охотников начать убивать их один за другим несколько сотен лет назад. Магистры, которые выжили, ушли в подполье, и сейчас редкость хотя бы услышать об одном из них. Идентичность Магистра – их наиболее тщательно охраняемая тайна.
Официантка вернулась с кофе для Дэвида. Как только она ушла, он сказал:
– Как вижу, ты знаешь, что это означает. Если каким-то образом Мадлен выяснила личность или местоположение Магистра, то он ни перед чем не остановится, чтобы найти её, особенно если учитывать кто она.
– Ты знаешь кто она?
Он мрачно кивнул.
– Я не должен был ничего услышать из этого, но я знал, что случилось что-то серьёзное, потому что моего отца непросто было напугать. Я спрятался наверху, пока Мадлен была в доме. Прежде чем уйти, она сказала, что собирается увидеться с Даниэлем – твоим отцом – чтобы предупредить его. Я видел в её ауре, что Даниэль понятия не имел кем она была.
Я почувствовала колющий удар боли в груди от упоминания моего отца.
– Что случилось потом?
– После того как Мадлен ушла, мой отец запаниковал и отправил меня на неделю к бабушке с дедушкой. Я никогда больше не видел Мадлен, а через два дня твой отец был убит.
Моё горло стянуло, и я сухо сглотнула.
– А что насчёт твоего отца? – осипшим голосом спросила я. – Ты когда-нибудь спрашивал у него о том, что ты нечаянно услышал?
Боль омрачила его взгляд.
– Мой отец был убит в тот же день, что и твой.
Тягостное молчание повисло над столом, пока мы разделяли скорбь и боль друг друга. Все эти годы я несла своё горе в одиночку, потому как считала, что никто не сможет понять то через что я прошла. Теперь же я сидела напротив кого-то, кто перенёс столько же, сколько и я.
– Мы когда-то владели прачечной самообслуживания. Один из сотрудников обнаружил его, и это было... довольно скверно. Они не позволили мне увидеть его, и бабушке с дедушкой пришлось его кремировать, – он сделал шаткий вдох. – Моя мама умерла, когда я был маленьким, так что после смерти отца я жил со своими бабушкой и дедушкой. Я никогда никому не рассказывал о Мадлен. Я боялся, что они узнают и придут за мной.
Наконец-таки я обрела голос.
– Я соболезную. Я знаю, как тебе должно быть было трудно.
– Ты знаешь, не так ли? – печально произнёс он. – А что насчёт тебя? Ты была такой маленькой, когда это произошло. Где ты в итоге оказалась?
– Меня к себе взял дядя.
Я всё ещё не желала делиться личной информацией, но врать такому опытному Эмоту, каким был Дэвид, было бесполезно.
– Готов поспорить, это было тяжело. Мои бабушка с дедушкой хорошие люди, но было трудно после...
Я кивнула.
