Рус не ожидал такой дерзости. Он точно был застигнут врасплох.
— Амина, веди себя прилично.
— Да, ладно, я все давно знаю про тебя. — Амина фыркнула и подвинула к себе бокал, который наполнил официант, пока они танцевали.
Рустем даже не сомневался, что все его похождения ей известны. Но разве не в ее интересах закрывать на это глаза? Амина отпила из запотевшего бокала вино и усмехнулась пьяно:
— Вряд ли она тебе по зубам. Посмотри, как они друг на друга смотрят. Счастливы, не то, что… — Осеклась Амина, не договорив.
— Я курить! — С металлом в голосе прервал ее Рус. Он встал и молча вышел, оставив Амину наедине с бокалом.
Остаток вечера прошёл как-то скомкано. Амину совсем повело. Рус молча отодвинул от неё бокал и посмотрел так выразительно, что жена осеклась и убрала руку.
Сложилась странная ситуация. Он безумно хотел остаться ещё, хотел поговорить с Булочкой, хотел объясниться, хотел коснуться её ещё, но не мог. Рядом с ней был Макс, который смотрел на неё с обожанием. Рустему казалось, что она отвечает с теплотой во взгляде. Когда же внимание её не приковано к мужу, глаза становятся холодными, взгляд настороженным.
Второй причиной уйти была Амина. Почти никогда не пьющая вина, с двух-трех бокалов её унесло. В итоге Рус раскланялся с четой Потаповых и увёл жену в номер. Он понимал, что в этой же гостинице останутся на ночь и они — Макс и Ольга. Мысли об этом вводили в плохо скрываемый гнев, который изливался на Амину.
От мыслей о том, что будет происходить за дверью их номера, хотелось разнести все, что видел на своём пути. Такое с ним было только однажды, когда Лелька послала его у дверей клуба, на виду у Дато, Марины и преданного соседа Виталика. Он тогда чуть не влетел в запале во встречные машины, когда несся по Садовому.
Он сам себе удивлялся. Ведь жил же 10 лет и не думал о том, что она может быть в объятьях другого. Думал, но был зол на неё, зол на себя, что не смог разрешить проблему, на отца, который так до конца своих дней и не понял, что он сделал с жизнью сына. Сегодня же, когда он увидел, как Макс готов носить её на руках, он потерял голову. Ольга казалось вполне счастливой, когда смотрела на Макса. Так не должно было быть, не могло быть. Как могла она разлюбить его, если раньше тонула в его, Рустема, глазах. Он вспомнил все их ночи, их жаркие поцелуи, с какой страстью она отдавалась ему каждый раз. Перед глазами словно видение возникло их последняя встреча на лестнице ее дома. Окатило жаркой волной.
Нет, ему непременно надо с ней поговорить! Во время ужина она была так ошарашена, что за весь вечер проронила лишь пару фраз. Этот танец показал ему, что она очень пыталась держать себя в руках. Может, и она что-то чувствует к нему? Надо поговорить с ней с глазу на глаз, выяснить все, расставить точки над «i». И он решил. Не для того судьба свела их вместе, чтобы хотя бы не попытаться выяснить, что она чувствует к нему.
Амина, нетвердой походкой вошедшая вслед за ним в номер, переменилась в лице. Она давно собиралась с ним поговорить. И сейчас, под влиянием алкогольных паров, стала смелой, какой никогда не бывала.
— Давай поговорим, Рус! — Словно крик души сорвалось с ее уст.
— Поговорим, когда протрезвеешь! — Отрезал он. — Сейчас в душ быстро!
Амина испуганно уставилась на мужа своими серыми глазами. Он же втолкнул ее в ванную комнату, и включив воду похолоднее, держал её там до тех пор, пока она не застучала зубами. Выключил воду, бросил в нее огромным пушистым полотенцем.
— Вытрись! — И вышел из ванны.
Амина вошла в номер уже одетая в халатик. Он сидел на краю кровати, смотрел в окно и устало потирал лоб.
— Прости меня, милый. Я вела себя отвратительно! — В её голосе он услышал страх. Он никогда не поднимал на неё руку, но в этот момент готов был её прибить.
— Ложись, Амина, завтра рано вставать. — Холодно сказал он.
Наплевать было, что она говорит, все мысли Рустема были заняты Лелькой, точнее Ольгой. Лелькой она была в прошлой жизни, там, где он мог прикасаться к ней, целовать, ласкать. А здесь, теперь, она — Ольга Потапова, чужая жена, недоступная, недосягаемая.
***
Ольге не спалось. Макс давно сопел рядом. Работа его, физически сложная, на ногах, на воздухе требовала здорового сна. Вернувшись из ресторана, Макс попытался проявить инициативу. Они так редко выбирались куда-то из своей горной хижины, что романтически настроенный муж ждал продолжения. Ольга никогда не бывала против, но только не сегодня, не сейчас. Её бил озноб и в то же время бросало в жар.
— Ты заболела, девочка моя? — Спросил муж, целуя лоб. — Горячая вся.
— Не знаю, но лучше выпью анальгин. — Согласилась Ольга.
— Давай я схожу к Заринке, она найдет нам градусник.
— У неё работы куча, Макс, не надо. Я выпью таблетку и утром буду свежа, как майская роза. — Ольга слабо улыбнулась.
