Неприятности в старшей школе полностью

– Все эти годы у меня был план, – говорит наш отец. – Но, кажется, где-то я сделал неверный шаг, и все немного усложнилось.

– Ты можешь обойтись без больших вступлений, – говорю я ему. – Мы не твои люди, мы твои сыновья. Просто говори.

Он кивает.

– Вы, парни, знаете, что наш мир простирается далеко за пределы нашей территории. Есть несколько семей – таких же, как мы, живущих такой же жизнью. Каждая из них занимается чем-то своим, но все это служит одной цели. Мы поддерживаем чистоту в наших городах, честность среди людей и избавляемся от мусора. Мы делаем это не только ради того, чтобы защитить тот образ жизни, который мы выбрали, но и чтобы наказать тех, кто решил навредить нашим людям.

– Мы уже все это знаем, – говорю я.

– Вы встречались с семьей из Риверсайда? – спрашивает он.

– Они приезжали, чтобы предупредить нас. Сказали, что кто-то искал исполнителей, чтобы сжечь склады.

– Да, – кивает он. – Это была Виенна Спрауд, одна из девушек из общего дома.

– Что? – ошарашенно восклицает Ройс.

– Ее подослал Коллинз Грейвен, конечно, но все же. Она сейчас, кажется, куда-то исчезла, но ее найдут и разберутся.

– Она не вернется, – говорю я ему, глядя в его нахмуренное лицо. – Рэйвен уже выставила ее из города.

– Рэйвен выставила ее, – протягивает он. – И откуда же у нее такая власть, чтобы сделать это?

– Она заслужила уважение еще до того, как узнала, кто она. Наши люди приветствовали ее, когда она была для них никем.

– Рад слышать. – Он сдвигает брови, в его взгляде появляется раздражение, и я напрягаюсь.

Ему не понравилось то, что он услышал, но почему?

– Я назначил на завтра встречу, – заявляет он. – Вы пропустите уроки и поедете со мной за город. Там мы встретимся с главами всех семей.

– Почему именно завтра? – холодным тоном спрашивает Кэптен. – К чему такая спешка?

– Все движется очень быстро. Давайте перейдем к следующему делу, которое меня волнует. – Он снова обводит нас взглядом. – Я просил вас не отдавать Рэйвен Грейвенам, но вы не справились.

Я делаю шаг вперед, но Кэп бросает на меня взгляд, в котором горит предостережение, и я заставляю себя сохранять спокойствие.

– Он заявился на игру, пока мы были в раздевалке. Мы…

– Сейчас неважно, почему это произошло, сын. Важно то, что Грейвен положил на нее глаз раньше, чем планировалось, так что у нас не осталось времени. События сдвинутся.

– Какие события? – выдавливаю я сквозь стиснутые зубы.

– Если бы вы сделали то, о чем я просил, – повторяет отец, – у нас было бы больше времени. У вас было бы больше времени. Мне нужно было, чтобы все прошло на наших условиях, но что сделано, то сделано.

– Зачем скрывать ее от них, если ты ждешь, что они так или иначе о ней узнают? – спрашивает его Ройс.

– Чтобы гарантировать, что будут предприняты нужные действия, чтобы договориться об условиях и убедиться, что есть твердые доказательства.

– Ты должен сказать нам больше! Я сыт по горло всеми эти разговорами вокруг да около! – требую я, вскипая от ярости.

– Равина Брейшо, – произносит он, не давая никому себя перебить, – была обещана Феликсу Грейвену.

Моя голова дергается назад.

– Была заключена сделка, были обговорены планы, а она все разрушила. Она ушла.

– И какое значение вся эта хрень имеет теперь? – рычу я. – Что, черт побери, ты пытаешься мне сказать?

– Брейшо и Грейвен, – шепчет Кэп, встречаясь со мной взглядом.

– Охренеть! – Ройс ошалело таращится на нашего отца. – Так вот почему ты привез ее сюда. Она была для тебя средством достижения цели!

У меня в груди сердце грохочет так мощно, будто вот-вот вырвется наружу.

Не может, мать его, быть, чтобы он говорил то, о чем я думаю.

– Нет, сын, она и есть цель. Она залог, – произносит отец таким тоном, словно только что не поставил весь наш мир под угрозу.

Словно его слова окончательные.

Словно мы обязаны кивнуть и принять его объяснение.

Словно мы слепо позволим ему вести нас к тому, что будет дальше.

Словно… мы не выступим против него, нашего отца, главы имени Брейшо.

Он только что облажался и даже не понял этого.

Он и понятия не имеет, что она значит для нас, даже не догадывается, на что мы готовы, чтобы защитить то, что принадлежит нам.

А Рэйвен. Наша.

Глядя в пол, я встаю прямо перед ним, а мои братья – по бокам от меня.

Я поднимаю взгляд и медленно приподнимаю подбородок так, чтобы смотреть ему глаза в глаза, подбородок к подбородку.

А потом приподнимаю свой подбородок еще чуть выше.

– Нет.

Продолжение следует…

Всем привет! Как дела? Ха-ха!