Нат покачнулся, и звери дружно поднялись с песка как бы согласованным движением. Трибуны взвыли. Отчаяние накрыло меня с головой, и я взвыла еще громче их. И кричала я совсем не так, как это делают кошки. Стоявший рядом со мной кот даже присел от неожиданности. Я же встала перед ним, загораживая собой воина, и, поднявшись на задних лапах, начала тереться головой о его голову, шею, тело, стараясь оттолкнуть зверя в сторону. Мое поведение заинтересовало его. Он принялся обнюхивать меня, и я начала надеяться на лучшее, но в этот момент один из младших кинулся в атаку, а второй его поддержал. Все смешалось. Коты не кидались на оружие, как несмышленыши, нет. Они пытались выбить из рук Натаниэля оружие. И это им удалось. Взмах мощной лапы — и вот уже пальцы раненой руки разжимаются, теряя кинжал, а рука начинает напоминать рукав рубашки, порванный на лоскуты.
Что было потом, я помню плохо. Помню, как я сбила с ног не ожидающего такой подлости с моей стороны одного из младших, как раз того, что бил по раненой руке. Помню, как получила в ответ. Помню боль, крики придурков, сидящих на трибунах. Клыки, сжимающиеся на своем горле, тоже помню.
Пришла в себя, с удивлением понимая — жива! Не просто жива. Старший, его запах спутать невозможно, тащит меня словно котенка, прихватив за шиворот. Лапа разодрана, бок болит адски, и горло словно жеваное. Но мой вежливый носильщик ныряет в темноту выпустившего нас на арену лаза и я слышу, как следом за нами следуют еще двое. Никто из них не волочит за собой добычу, и у меня появляется слабая надежда, но это лучше, чем совсем ничего. Спасительная темнота уводит меня в мир, где нет боли и глупых мыслей…
Громкие вопли помогают мне прийти в себя. Орут люди. Рычат мои мохнатики. Прислушиваюсь… Судя по всему, высокий (для желто-пыльных) мужик, обвешанный бусами, браслетами, кожаными лоскутками и кусочками меха, пытается заставить двух худосочных смотрителей нашего зверинца войти в клетку и вытащить из нее мою тушку. Понимаю, что начальство недовольно нашим выступлением. Маленькая кошка испортила охоту, а за смерть Белоголового в лапах черных котов были заплачены огромные деньги. Теперь их пришлось вернуть. Выживет опять-таки этот или нет, неясно. Но денег нет. А коты отказались добивать раненого. Виновата самка! Ее нужно убрать!
Крик продолжался еще с полчаса. Тишина наступила мгновенно, стоило только появиться возле нашей клетки богато одетому белому человеку. Не магу, нет, но зато разодетому, как павлин. Его приказание разрешило неразрешимую проблему в момент.
— Следующий раз арена примет гостей через пять дней. Зверей не кормить. Ставьте только воду. Они эту кошку сами съедят. Они уже сейчас злы и голодны, а значит, сделают все как надо.
Нас оставили в покое. Коты улеглись вокруг меня и принялись вылизывать мои раны, а я думала: съедят или нет?
Не съели и даже не надкусили. Вылизывали, утешали и согревали своими телами. На третий день утром меня разбудил запах крови, свежего мяса и недовольный голос смотрителя. Сегодня кормили зверей. Всех, кроме нас. Лоток с песком, а если проще, то кошачий туалет очищался практически мгновенно и не доставлял никаких хлопот, а вот голод доставлял. И я решилась… Да и от ран следа не останется…
Встала. Отошла подальше от зверей и сменила облик. Всего на пару мгновений. Они вскочили, молниеносно кинулись. Столкнулись уже со мной — кошкой. Недоверчиво принюхались и спустя какое-то время успокоились, но ложиться уже не стали, внимательно наблюдая за мной. Успокаивала их как могла. Ласкалась. Вылизывала мурлыкающие от удовольствия морды, а затем ушла в другой угол и опять сменила облик. В этот раз они не кинулись, а меня затрясло от облегчения. «Не бояться. Только не бояться. Страх очень неприятно пахнет и провоцирует любого хищника на агрессию». Коты принюхивались, я ждала. Дождалась! Старший рыкнул. Младшие легли на пол, прижавшись к полу. Зато сам он сделал шаг в мою сторону, продолжая принюхиваться. Меняю облик опять. Даю себя обнюхать и становлюсь человеком, стоя к нему вплотную. Подвергаюсь тщательному досмотру и с надеждой протягиваю руки.
Целый час ушел у меня на повторное знакомство, поглаживания и почесывания, но меня признали за свою. Я успела! Смотритель с тележкой, заполненной мясом, уйти не успел. Открыть дверь в клетку у меня получилось без особых проблем, магия всегда со мной, а ткнуть яварой зазевавшегося коротышку тем более. С остальным мои ребятки справились сами. Каждый сам выбрал для себя кусок побольше и сам его в наше логово перетащил. О себе я тоже позаботилась. К тому времени как ушибленный смог прийти в себя и встать, мы уже успели плотненько так покушать и даже задремать.
Котам моим способ добычи пищи, по-моему, понравился, а я всерьез принялась раздумывать над тем, как не только самой выбраться из этого болота, но и герцога с собой забрать. Я запрещала себе думать о том, что все мои усилия могут быть бесполезными, что я могу опоздать. Что уже опоздала…
