— Брайан. Ты также изменил меня. Ты научил меня любить, и за это я всегда буду у тебя в долгу. Каждую минуту нашей жизни ты бросаешь мне вызов, но в то же время подхватываешь, когда думаешь, что я не выдержу. Хоть ты и знаешь, что выдержу, ты не оставляешь меня одну. И я обещаю, что не оставлю тебя. Я буду рядом, каким бы несносным ты не был, как бы сильно не опекал, я буду заботиться о тебе. Если бы мне пришлось измерять нашу любовь, это было бы невозможно. Вечности не хватит, чтобы сделать это.
— Если кто-то против этого брака, пусть скажет сейчас или замолчит навеки, — никто не сказал ни слова, и священник продолжил: — Скрепите ваш союз обручальными кольцами.
Когда они делали это снова, я невольно взглянула на Адама. Он наблюдал за нашими друзьями и улыбался. Со временем во мне просто умер человек, но спустя все эти события, которые произошли, я и дальше очаровательно вру, что меня совершенно не привлекает этот мужчина.
— А теперь можете поцеловать невесту.
Руки Брайана сжали талию Эмили, и он притянул ее для поцелуя. После был фуршет, танцы, музыканты, песни и много веселья. Мне захотелось пройтись. Я смотрела на море, слушая смех и крики моих близких, и искренне радовалась. Я устала все время быть чудовищем. Быть той, кто ничего не чувствует, отталкивая от себя всех, кому я могу стать небезразличной.
— Милая, ты ошиблась местом. Конкурс «Мисс Вселенная» уже был, — сказал мужской голос позади меня.
Я знала, чей он. Этот голос я узнаю из миллиона других, даже будучи глухой.
— Правда в том, что ты думаешь, что все женщины ведутся на твои дешевые фразы и дорогой костюм, — ответила я, не поворачиваясь. — Но я не одна из твоих воздыхательниц. Пончики, которыми я завтракаю, стоят дороже.
— Почему ты ушла? — спросил Адам, игнорируя мое хамство.
— Захотелось побыть одной. И это значит без тебя.
— Тебе не надоело быть одной?
— Ужасней быть не с теми.
— А с кем ты хочешь быть? Что этому человеку должно быть присуще, чего нет у меня?
— Ум, например. Слушай, у меня есть все, что мне нужно для счастья: моя семья, шикарная квартира, любимая работа и машина.
— Нет, — вздохнул он.
— Что нет? — спросила я в замешательстве.
— У тебя нет человека, от которого у тебя дрожали бы коленки, чаще билось сердце, и к которому ты хотела бы прикасаться, а значит, ты несчастна.
— Так что же ты прохода не даешь этой несчастной?
— Какого черта ты ненавидишь меня? Мы еще даже не трахались, а я тебе уже противен. Ты меня не хочешь и не пытаешься привлечь моё внимание, понял, — качнул головой Адам. — Но что я сделал не так, что ты бесишься от одного моего присутствия?
— Просто ты не единственный мужик на этой планете. И если бывает любовь с первого взгляда, то почему не может быть неприязни?
— Ты сводишь меня с ума, — видела я раздражение в его глазах. — Можно, я просто пройдусь с тобой? В тишине?
— Нет.
— Пошли.
— Куда?
Он взял меня за руку и повел по пляжу. Мне были приятны его прикосновение. Адам был бабником, какого в мире больше не существовало, и я просто оберегала свое сердце, не впуская никого. Мужчина привел меня на мост, который был также украшен, и единственные звуки — наше дыхание и шум моря. Все в этом дне было волшебно и легко. Все время тут я была счастлива.
Адам стал позади и положил руки мне на талию.
— Что ты чувствуешь?
— Убери руки, — попыталась я вырваться, хоть сделать это с его хваткой на бедрах было нелегко.
— Просто помолчи десять минут, а потом иди. Что ты чувствуешь?
— Свободу, — прошептала я, закрывая глаза. — Я чувствую свободу.
— Нет, что ты чувствуешь стоя тут, без друзей? Представь, что меня нет, и ты слышишь только звуки моря.
Ага, представь тут, когда он стоит позади, прижимаясь всем телом, и его потрясающий аромат витает будто повсюду.
— Что ты чувствуешь, Донна? — снова спросил Адам.
— Одиночество, — прошептала я.
— Ты способна любить, просто не хочешь.
Меня как током ударило. Я не могла терпеть вранье и фальшь мужчины. Я не нужна была Адаму. Он просто на какое-то время хотел того, кто бы слушал его и любил со всеми недостатками. А после своих последних отношений в моих глазах ни один мужчина не стоит того, чтобы я мучилась обувая туфли.
— Знаешь, порой тебе нужно просто заткнуться, — вырвалась я, отходя от него. — Не прикасайся ко мне. Не ходи за мной, не заигрывай и не говори комплименты. Я не хочу иметь с тобой ничего общего, кроме друзей.
Я подобрала подол своего красного платья и направилась в номер. Мое сердце стучало как сумасшедшее, почти выскакивая из груди. Адам не пошел за мной, судя по всему, понимая хоть что-то. Войдя в номер, я почти разорвала на себе платье, вцепившись в подоконник. Я смотрела через окно, видя, как Брайан обнимал Эмили, кружась с ней в танце, и они над чем-то смеялись. Я понимала, почему Эмили так быстро сдалась ему. Эмили Харисон любила объятья. Она получала сумасшедшую энергетику, обнимая тех, кто ей был дорог, в отличии от меня. Я же делала это, чувствуя практически физическую боль. Но я никогда не смогу рассказать об этом ни одному мужчине. Никто не узнает, что произошло и что я скрываю.
