Я лишь улыбнулась, и мы направились в ближайший бар. Я заказала еду Оливии, а себе пиво. Тут местная группа играла песни Челентано, и они были довольно неплохи, учитывая, какой голос нужно иметь, чтобы исполнять впечатляющий оригинал. Вскоре к нам подошли подруги, и мы сидели в спокойной обстановке, слушая музыку и убеждаясь в том, что каждый достоин того, чтобы о нем заботились. И мы делаем это — заботимся друг о друге.
— Донна, мы будем жить в твоей квартире, когда вернемся? — спросила Оливия, когда все затихли и устремили ко мне свой взор.
— Да, милая, — натянуто усмехнулась я. — Ты будешь ходить в школу и заниматься тем, чем хочешь. Я найму управляющего и буду приходить в салон лишь для того, чтобы подписать бумаги. Мы будем наслаждаться с тобой моментами, пока у нас есть время.
— Мы куда-то спешим? — смотрела она на меня своими потрясающими глазами.
— Нет, дорогая, — засмеялась я. — Но потом многие моменты, и наслаждение ими будет казаться немыслимой роскошью.
— А Адам? Он будет с нами?
— Он...
— Вы будете ходить в походы, — перебила меня Эс, улыбаясь моей дочери. — Будете встречать рассветы в горах, пробовать на вкус моря и океаны и кататься на лыжах.
— Донна поможет тебе определиться и узнать, кто ты такая, — продолжила Эбби. — Она покажет тебе, насколько ты уникальная, и как показать это всему миру.
— Донна, а что говорила тебе твоя мама, когда ты была такой, как я?
— Она говорила мне концентрироваться на настоящем, — улыбалась я, переводя взгляд со своих подруг на дочь. — Получать удовольствие от самой жизни и перестать волноваться, что думают другие.
Так трудно избавиться от старых привычек и связей. И чем старше мы становимся, тем труднее нам делать, даже что-то близкое к этому. Молодость — лучшее, да и я склоняюсь к тому, что единственное время, когда действительно нужно приобретать и избавляться от того, чем потом будешь пользоваться всю свою жизнь, и я рада, что успела сделать хотя бы это. Я создала свой ближний круг людей, которые являются не просто моими друзьями, но и моей семьей.
Когда мы решили вернуться в отель спустя три часа, надеясь, что Эмили с Брайаном уже закончили, остановились, как вкопанные, на площади Собора Святого Петра. Эмили была в объятьях Брайна, и он держал ее так сильно в своих руках, словно боялся, что она вот-вот исчезнет. Он был одет, как всегда, в идеальный костюм, а его жена смотрела на него сквозь очки, одетая в черные джинсы, футболку и кожаную куртку. Погода была изумительная, и мы все улыбались, смотря на них, понимая, что прошли те дни, когда мы могли увидеть Эмили без Брайана. Они были вместе, как и суждено было с самого начала, и у меня отлегло от сердца, понимая, что хотя бы это вернулось на свои места. Брайан наклонился достаточно для того, чтобы их губы соединились, и Эмили целовала скорее улыбку своего мужа, определенно наслаждаясь этим действием.
— Мой моральный компас редко указывает на справедливость, — усмехнулась я, когда мы все хлопали в ладоши. — Но сейчас все замечательно.
Мы вернулись в гостиницу, а Эмили с Брайаном помахали нам на прощание и пошли исследовать город. Оливия не выспалась, и я уложила ее в кровать, чтобы она смогла немного поспать.
— Донна, мне нужно будет читать все, что мне задали в школе? — спросила моя девочка.
— Да, милая, — села я рядом, целуя ее в щеку. — Но, знаешь, это не долго. Джордж Тревельян сказал, что образование плодит тех, кто в состоянии читать, но не в состоянии определить, что достойно чтения.
— Я не понимаю, — нахмурилась она.
— Конечно, — направилась я к двери. — Но как только ты прочтешь достаточно книг, обязательно поймешь.
— Ты позвонила своему отцу? — спросила Стейси, как только я закрыла дверь.
— Нет, — направилась я к бару, наливая бокал вина.
— Позвони ему.
— И что я скажу? Здравствуй, папочка, помнишь двадцать девять лет назад ты излил немного спермы в женщину, и вот я бы хотела с тобой познакомиться.
— Я бы сказала, что это будет странный разговор, — улыбалась Эбби, стоящая в дверях. — Но, если ты видишь его именно так, значит это будет правильно.
— Что за дебильная привычка лезть в мои дела? — нахмурилась я, переводя взгляд с Эбби на Стейси.
— Это уже не привычка, милая, — передала мне Эбби мой телефон. — Это выработанный рефлекс.
— Считаете меня идиоткой?
— Есть немного, — улыбалась Эс. — У меня, кстати, потрясающее настроение.
— Вот бы кто подпортил его, — пробормотала я.
— Ди, — окликнула меня Эбби, когда я прошла мимо нее на террасу. — Мы просто люди, верно? Мы не можем быть всегда идеальными.
