Я помню ту ночь, как будто это произошло вчера. Я сильно нервничала, но не сомневалась, что это единственный верный способ попрощаться с ним. Так я дарила ему часть себя, которая пробудет с ним вечность. Он пытался меня отговорить, но в его взгляде было заметно желание поглотить меня. Я обрадовалась, когда он в конце концов согласился, признавшись, что это будет и для него первый раз. Ведь это значило, что и он хотел, чтобы мне осталась его частичка. Частичка, которой я дорожила все эти годы. Он был нежен и осторожен со мной. Не могу сказать, что с его стороны всё прошло идеально гладко, но и с моей тоже нет. И всё же его поцелуи были тёплые, а руки тесно прижимали меня, пока мы пытались понять, как сделать то, что никто из нас никогда раньше не делал. Но потом он потерял контроль, уложил меня и накрыл собой. Он вёл себя так ласково и внимательно, не торопился и следил, чтобы мне не было больно. Чтобы мне было хорошо. И боли я не избежала, но она была как щипок и длилась всего мгновение. А потом стало хорошо. Чувствовать его внутри, эту заполненность. Я всё ещё краснею от воспоминаний. И после всего он всё равно переживал о том, что сделал мне больно. Я чувствовала себя цельной, полностью окружённой заботой. Но теперь мне тридцать. Я одинокая. Безработная. И, возможно, у меня не все дома, но мне хочется вернуть часть своей юности, и лучшая её часть — это он. Пусть и не допускала этих мысли много лет, пока взрослела, я хотела разделить с кем-нибудь свою жизнь. И не просто с кем-то. А с ним. С Коллинзом. Моей первой любовью. Моим первым всем. В глубине души моё сердце знало то, что всё эти годы чувствовало моё тело — нам суждено быть вместе. Неважно как или почему, я знала, что в конце концов он вернётся в мою жизнь, когда подойдёт подходящее время. Я не могла не задаться вопросом, целенаправленно ли я избегала серьёзных отношений, сторонилась обязательств, чтобы выполнить наше обещание, данное друг другу. Каждый мужчина, с которым я встречалась последнее десятилетие, попадал под сравнение с ним и ни один не выдерживал конкуренции. Как бы я не стыдилась своего появления без предупреждения на его пороге, мальчик, о котором я мечтала столько лет, теперь превратился в мужчину. И моё тело замечает, сердце начинает колотиться, когда он смотрит на меня.
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Кендалл Райан
«Непристойная Блистательная Вечность»
Аннотация.
Оглавление
Кендалл Райан
Аннотация.
Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.
Глава 6.
Глава 7.
Глава 8.
Глава 9.
Глава 10.
Глава 11.
Глава 12.
Глава 13.
Глава 14.
Глава 15.
Глава 16.
Глава 17.
Глава 18.
Глава 19.
Глава 20.
Глава 21.
Глава 22.
Глава 23.
Глава 24.
Эпилог.
Глава 1.
В последнее время у меня не выходит эякулировать.
Не от недостатка усилий с моей стороны. Нет, конечно. Я не халтурю, но как бы я не пыхтел над своей очень горячей девушкой-супермоделью последний час, пробуя каждую позу, которую только можно представить (и даже выдумав несколько своих), у меня не получается приблизиться к оргазму.
Чёрт.
Пот струится по прессу и груди на неё, и я, пробормотав извинения, делаю выпад жёстче, вбиваясь в её тело снова и снова в попытке достигнуть цели. Она же достигла кульминации уже четыре раза, и вовремя последних двух спросила у меня, близко ли я. Я солгал, ответив утвердительно.
В конце концов рассердившись, она сталкивает меня с себя.
— Какого чёрта, Коллинз? — Она слезает с кровати и швыряет мне в лицо подушку, схватив свой шёлковый халат.
Я сажусь на пятки, голый, как новорождённый, задумавшись, что за фигня со мной творится. Татьяна стройная и высокая с длинными шелковистыми волосами, да ещё и возглавляет «дрочебанк» мужчин всего мира. Дело не в ней, а может и в ней, чёрт возьми, сам не знаю.
— Детка, я просто устал, понимаешь? — С утра пробежал шесть миль и провёл жёсткую тренировку по кикбоксингу со своим самым младшим братом Пэйсом. И чёрт, да, возможно, некоторые реплики из нашего разговора между джебами и апперкотами всё ещё крутятся в моей голове. Когда он спросил о моих отношениях с Татьяной, я признался ему в своей уверенности в том, что она рассматривает меня только в качестве своего личного банковского счёта, а я считаю её тёплым телом, в котором можно потеряться. Вот только в последнее время у меня это не особенно получается.
Я наблюдаю с кровати, как Татьяна одевается, выбирая дизайнерские шмотки из массивного гардеробы, которым я снабдил её. Она швыряет ненужные вещи на пол, пока, наконец, не останавливается на чёрном платье-шифт и подходящих каблуках.
— Я ухожу, — бросает она в моём направлении.
Знаю, она бесится, но разве мы не должны об этом поговорить? Ведь так поступают пары?
Я скупо киваю.
Уверен, она идёт за покупками — её обыденное субботнее занятие.
После её ухода я принимаю душ и одеваюсь, после чего ухожу сидеть в уединении библиотеки, наслаждаясь столетним скотчем. Подумываю позвонить братьям, но они оба наверняка заняты своими семьями. Откинувшись на кожаную спинку, я закрываю глаза.