Девушка прижалась всем телом, кладя слегка дрожащие ладони на тревожно сдыхающую грудь демона, подстраивалась под необходимые и сильно нужные движения, погружающие в собственный мир. Они наслаждались близостью, вкушали проскальзывающую нежностью, такую непривычную для демона. Но только сейчас, когда сердце отбивало тяжелые, но и лёгкие удары, демон был погружён с головой в её, слишком драгоценную.
Горячее движение языка демона по нижней губе девушки, и она выдохнула ему в рот, чувствуя лёгких бабочек внизу живота. В касаниях губ не было ни страсти, ни возбуждения, но были все чувства, которые они испытали за короткий, но самый сложный промежуток времени. И тихое место с морским воздухом дополняло все их чувства, обостряя ещё сильнее. Они чувствовали спокойствие и плевали на всё, лишь бы погрузиться в пучину любви, такую редкостную между ними.
Демон отстранился и посмотрел в глаза Непризнанной, чувствуя неожиданную и необъяснимую тревогу, разливающуюся по всему телу. Глаза девушки на мгновение стали чёрными, словно зрачок полностью перекрыл голубую радужку. Демон встревоженно перехватил теряющее равновесие тело Непризнанной и начал трусить.
Она проморгала и смогла лишь прищуриться, непонимающе смотря на Люцифера. Впервые демона накрыл роковой ужас, быстро разбивая истерзанную душу вдребезги, необратимые и острые осколки. Непризнанная не понимала, что с ней происходило и откуда неожиданная усталость, но демон всё сразу понял… Хрупкое тело девушки начало трясти, и Люцифер уже не мог держать её ровно, отчего опустился на колени, погружаясь в мелкий песок, и бережно уложил голову Непризнанной на свои колени.
— Что происходит?.. — спросила Непризнанная, хрипя нечеловеческим голосом, и сразу ощутила страх, подкрадывающийся к обреченной душе. Трясущая рука девушки поднялась к губам и подтерла какую-то каплю, стекающую по подбородку. Увидев на указательных пальцах бордовую кровь, глаза в понимающем отчаянии скользнули на демона. — Что это значит?..
Люцифер, согнувшись, сидел и сильно сжимал свободную руку девушки, которая теряла силы. Ком в горле резал намного сильнее, чем раньше, от чего он сжал губы и не мог ничего сказать. Тело демона начало трясти, он полностью потерял контроль от ничтожного понимания, которое лучше было бы невозможным ведением…
Он мог лишь внутри себя истерзанно орать, метаться из стороны в сторону и молить об одном, чтоб её не трогали… Но перед ней казался полностью разбитым, навсегда истерзанным. Рука демона смогла лишь подняться в воздух, заботливо убирая пшеничный локон в сторону. Наслаждаться последними минутами взглядом и осознавать то, что не хотел, всей душой отрицал. Больше он не сможет увидеть её…
— Высшее наказание Шепфа… — прошептал демон, чувствуя, что не мог говорить в полный голос.
Девушка обречённо посмотрела на него сквозь прозрачные слёзы, но через мгновения они окрашивались, становясь бордово-красными. Люцифер ничего не мог сделать, как-то помочь облегчить мучения, поэтому ничтожно наблюдал за медленной смертью той, которая смогла пробить в мутном стекле маленький лучик, ослепляющий всё изнутри.
Он не хотел верить, принимать, что из-за него она сейчас лежала на коленях и захлёбывалась кровью, наказанием, давшим самим Создателем. Люцифер в очередной раз возненавидел ангелов и готов был уничтожить их всех, но вообще не двигался, ощущая полную сломленность вечной безразличности. Только демон приобрёл надежду, казавшуюся возможной, её сразу же забрали, оставляя навсегда во вечной тьме, присвоенной с самого глубокого детства.
— Люцифер… — через последние силы девушка, хрипя нечеловеческим голосом, вытащила демона из мыслей, больно режущих и так кровоточащую душу. — Не вини себя… Не смей…
Он наклонился вниз, сдерживая истерзанные выдохи, рвущиеся изнутри, и прижался ко лбу Непризнанной, ставшему полностью ледяным, не отдающим живого тепла. Он замечал боковым зрением пушистые серые перья, выходящие с основанием из крыльев, и в очередной раз старался сконцентрироваться на ней, последний раз слушая тихое, уже замедляющееся биение сердца…
— Почему так жестоко… Почему они забирают у меня самое дорогое?.. — демону впервые было плевать на казавшуюся ему слабость, и он позволил голосу дрогнуть.
— Потому что мы были с самого начала обречены на провал… — произнесла девушка, последними силами сплетая их пальцы, вздохнула, стараясь сдержать истерику, но из-за этого только сильнее захлёбывалась кровью, уже ручьём текущей по подбородку.
Демон отстранился и встревоженно продолжал следить за кончиной светлого лучика, который на время смог вытащить из тьмы, но снова погрузивший теперь во вечную, никогда не высвобождающую темноту. Его душа была безжалостно изрезана ранами, слишком глубокими и не поддающиеся лечению. Он винил во всём произошедшем себя и от этого было ещё тяжелее смотреть на ту, которая умирала из-за него…
— Я люблю тебя… — последнее, что смог произнесли демон перед тем, как веки Непризнанной навечно закрылись.
