Нелепая случайность. Одна волшебная ночь. И он… Сильный, непробиваемый, как скала – тот, в кого я влюбилась с первого взгляда. И тот, чьему брату меня продала моя собственная мачеха.
В зоне выдачи багажа стояла жуткая духота. Кондиционеры банально не справлялись со своей задачей, слишком много народа в зале, не протолкнуться. Хотя я очень старалась. Мой самолёт прибыл с опозданием, соответственно, теперь я тоже жутко опаздывала, с большими усилиями пробираясь сквозь толпу к транспортёрной ленте. И не я одна такая. Сбилась со счёта, сколько раз мне наступили на ноги. Впрочем, сама не лучше…
– Чёрт! – слетело с губ, а я запнулась.
На этот раз более неудачно, чем прежде. Почти упала. И упала бы в самом деле, не удержи меня чужие руки. Сперва поймали, затем вернули в вертикальное положение.
– Внимательней, – раздалось угрюмое сверху.
И нет, чтобы отделаться заурядным «Спасибо», не развивая дальнейшую полемику с не очень-то дружелюбным спасителем, так дёрнуло же меня поднять голову. Поднимать, к слову, пришлось не хило, ведь удерживающий меня мужчина оказался очень высоким. Про таких былины писали на Руси. Не просто здоровенный. Этакий богатырь, минимум две меня надо, чтоб обхватить его широченные плечи. Но не только это вызывало диссонанс в моём восприятии. Массивную челюсть украшала тёмная щетина. Энергетика… бешеная. Она чувствовалась во всём: в повороте голове, мощной шее, очертаниях крепкого тела. На такого, как он – смотришь, и уже заранее знаешь, что проиграешь. Во что бы ни ввязалась. К тому же, пахло от мужчины на удивление притягательно. Корицей и мандаринами. Ещё бы добавить туда самую малость кофейных ноток, и я точно бы расплылась в его руках лужицей, с учётом, что мечтала о порции капучино с корицей и цедрой часов этак пять, как села на рейс. А ещё на богатыре красовалось кашемировое пальто с крупными серебристыми пуговицами и солнечные очки. В декабре месяце. В душном зале аэропорта. Я так и зависла на последнем, позабыв о том, что было бы неплохо что-либо ответить ему.
Моё состояние незнакомец, конечно же, заметил. Показательно медленно прошёлся взглядом по мне с головы до ног, после чего расплылся в насмешливой улыбочке.
– Багаж не пропусти, – кивнул в сторону проезжающих мимо нас чемоданов.
Обзор, на которые, между прочим, всё ещё был затруднителен.
– Не пропущу, если ты перестанешь меня лапать и подвинешься, – съязвила.
Почему?
Да просто обидно стало.
Явно посчитал, что я на него запала, вон какой довольный…
И стал ещё довольней после моих слов. Заухмылялся широко-широко и демонстративно убрал от меня свои руки, подняв их в жесте мнимой капитуляции. Заодно отступил на шаг.
– Можно подумать, от этого ты станешь менее широким, – проворчала, втискиваясь между ним и ещё какой-то бабулькой, ожидающей свой багаж.
Та, как назло, в этот момент решила, что багаж ей не так уж и нужен. Иначе зачем она попятилась назад? Конечно же, попутно наступив мне на ногу, отчего я банально взвыла. Опять налетела на того, от чьего общества только-только избавилась. А бабулька моих страданий вовсе не заметила, в полуразвороте шибанула меня локтём, отчего я опять полетела вниз. На этот раз прямиком мордашкой на злосчастные чемоданы.
– Да чтоб тебя!.. – выругалась, инстинктивно сжавшись в полёте, зацепиться-то всё равно не за что.
Приземление вышло не самым удачным. Зато я обнаружила свою сумку! Она лежала аккурат через три чемодана. Правда, никак до моей замученной персоны не доезжала. Потому что я на этих самых чемоданах вместе с сумкой тоже по ленте покатилась…
Послышался уже знакомый смешок и меня, взяв за подмышки, подняли, после чего поставили обратно на пол.
– Так и знал, что не стоило выпускать из рук, – прокомментировал произошедшее спаситель-богатырь.
– Ха-ха, очень оригинально, – отозвалась, скривившись.
Только теперь ощутила боль от удара при падении. Наверное, на колене теперь вылезет здоровенный синяк. Но ничего! Моя сумка наконец-то до меня доехала, и я схватилась за свой багаж.
– А-а… Кхм… – прокашлялась.
Можно было бы в кое-то веке и вовсе свалить из этого филиала ада, вот только сумку я взяла – да, а спаситель-богатырь меня так и не отпустил.
– Слушай, – произнесла, разгибаясь, на всякий случай покрепче вцепившись в свою сумку, – а ты сам свой багаж не пропустишь? – развернулась вполоборота к мужчине. – Пока ищешь повод заново меня облапать, – добавила ехидно.
– А я тебя облапал? – искренне удивился тот, прижав меня к себе теснее и продолжил куда тише на ухо: – Милая, я ещё даже не начинал тебя лапать, чтоб ты знала. Иначе бы нас здесь уже не было, – вместе с тем его рука нагло скользнула с моей поясницы на бёдра.
Хорошо, между нами моя сумка!
Спасительная…
А то и не знаю даже, как бы я отреагировала, с учётом, что от одних его слов по позвонкам побежали мурашки. Хотя чужую длань с себя я всё же сбросила. Довольно грубо.
– Милой будешь портовую шлюху называть, которую снимешь, после того, как отстанешь от меня, – разозлилась, дёрнувшись в сторону.
На кого из нас двоих больше злилась – ещё вопрос.
Слишком уж откровенно среагировало собственное тело.