13. В донесениях капитанов 2 ранга Коломейцова и Семенова правильно указано время 5 часов вечера, когда "Буйный" отвалил от "Суворова", с. 163.
14. На с. 10 повторяется вопрос об информированности капитана 2 ранга В.И. Семенова и сформулирован следующий вывод (заключение). "Таким образом, капитан 2 ранга Семенов мог передавать в своей "Расплате" лишь слухи, впечатления и настроения свои и личного состава эскадры в том виде, в котором они до него доходили, что и исполнено им с мастерством, достойным крупного художественного таланта. Истинный же ход событий не вполне был ему известен".
Не все верно в выводах авторов труда "Тсусимская операция". Наряду с указанием на мастерство В.И. Семенова "достойное крупного художественного таланта", они не обратили внимания на его положения и выводы по военно-морскому искусству. О тактических недостатках эскадры, о возможных пунктах базирования эскадры, предложения о выборе маршрута прорыва эскадры во Владивосток и др. Критическое замечание авторов о том, что "истинный ход событий не вполне был ему известен" служило им оправданием отсутствия в книге материала о перехвате русской станцией радиотелеграфа донесения крейсера "Синано-Мару" адмиралу Того об обнаружении 2-й эскадры. Этот материал требовал от адмирала Рожественского и его подчиненных выполнения активных действий после обнаружения эскадры японцами. О таких активных действиях авторы книги "Тсусимская операция" не ведали.
Заканчивая рассмотрение обнаружения крейсером "Синано-Мару" русской эскадры авторы труда пишут: "Таким образом, неприятельский разведчик был привлечен к нашей эскадре, проскользнувшей было сквозь передовую сторожевую цепь японцев, огнями госпитального судна, шедшего при эскадре. Он попал при этом прямо в середину ее "компактного" походного порядка, но адмирал Рожественский не был извещен об этом". Заметим, что в отчете "Стратегическая обстановка <.. .> об этом ни слова.
Так, авторы труда в 1917 г. оправдали адмирала Рожественского. Долго пришлось им ждать такой возможности. В книге помещено еще одно его оправдание. В эпиграфе труда, определяющего его основное содержание со ссылкой на высочайше одобренный всеподданнейший доклад военного министра относительно задачи, возложенной на военно-историческую комиссию по описанию русско-турецкой войны 1877-1878 гг., говорится: "Составить полное систематическое описание всех событий войны, не вдающееся в несвоевременную критику, но излагающее с полной правдивостью фактическую их сторону".
Эта ссылка признает авторов труда "Тсусимская операция" отвечающими историческим требованиям и сдерживает их противников в опровержении примитивного заключения. Вина за отсутствие "извещения" адмирала Рожественского о неприятельском вспомогательном крейсере возложена на госпитальное судно "Орел", захваченное японцами. Факт перехвата японской депеши об обнаружении русской эскадры председателем исторической комиссии и автором книги не учтен при ее написании и исправлении. О том, какие меры предпримет морское министерство по наказанию членов экипажа госпитального судна "Орел", читайте в седьмом разделе данной работы.
На основании изложенного можно сделать следующие выводы.
1. Японская разведка обнаружила русскую эскадру ночью 14 мая 1905 г., когда вспомогательный крейсер "Синано-Мару", находясь в передовой дозорной цепи, вначале обнаружил госпитальное судно "Орел", а затем и всю эскадру. Командир "Синано-Мару" донесением по радиотелеграфу передал командующему флотом данные о противнике: его координаты, курс и скорость, намерения и действия. Позже уточненные данные о противнике начали представлять командующему флотом командиры отрядов японских крейсеров. Полученных данных было достаточно для принятия решения о бое, выхода главных сил в район боя, организации боя. Японская разведка выполнила все свои задачи.
2. Разведочный отряд русской эскадры в составе крейсеров "Светлана", "Алмаз" и вспомогательного крейсера "Урал" по заявлению командующего эскадрой вице-адмирала З.П. Рожественского следственной комиссии "не исполнял в данное время разведочной службы", совместно с крейсерами "Жемчуг" и "Изумруд" отряд следовал в голове эскадры, образуя ее переднюю цепь протяжением более мили поперек ее курса. Цепь эта не несла никаких огней. Эскадра была невидима ни спереди, ни с флангов и служила заслоном от встречных минных атак. Русская разведка была лишена условий, благоприятных обнаружению противника.
3. По решению командующего походный порядок эскадры был изменен. Госпитальные суда "Орел" и "Кострома" из центра строя были переведены в его хвост и располагались в 6 милях справа ("Орел") и слева ("Кострома") от концевого мателота строя. Подлинные задачи госпитальных судов в указанных позициях остаются неизвестными до сих пор.
