Олег Себастьян
Непрофессионал
... След высохшей реки бежал бесконечной лентой, извивался и исчезал под полом несущейся машины. Иногда русло натыкалось на песчаный взгорок и обегало его то справа, то слева. Машина с хищно занесенным над долиной носом вскидывалась, переваливала препятствие и снова находила ускользнувшую от нее реку. И неслась туда, где висели над серо-зеленой выжженной долиной склоны. Лиц сидевших Сергей не различал, да и не до них было - он старательно смотрел себе под ноги, не дай бог заденет проносящаяся внизу земля. Все внимание - только себе под ноги, от малейшего поворота залезал в голову надрывный ноющий звук и стягивал обручем. Когда под ногами зазмеились склоны, Сергей заметил только, что у машины нет днища...Он хотел крикнуть, но снова сдавило виски, сильные толчки забили в голове. Вокруг никто не шевелился - сидели немые фигуры. Низкий рокот метался внутри мозга , давил на глаза. Сергей подтащил многопудовые руки и только коснулся лямок, как все, не вставая с мест, попрыгали куда-то вбок ...
Звук отделился от головы, гудел над ним , а когда глаза привыкли к полумраку, ушел совсем, наружу и оказался далеким и не сильным. Вовнутрь сочился через множество мелких дырок слабыми струйками свет. Постепенно, как при проявлении фотографии проступали перед просыпавшимся Сергеем койки с лежавшими на них фигурами. Потом пробились и остальные звуки - скрип коек, вздохи. Заерзал сосед справа - начал крутиться, наворачивая одеяло на себя. Одеяло сползло на пол, открыв нераздетого человека, зависшего на самом краю кровати.
Сергей посмотрел на часы - было только полпятого, прикрылся, но тут свело до окаменения живот. С трудом разогнулся, лег на бок , снова начало дергать и он решил, что спать уже не придется. Резко скинул с себя одеяло и вскочил. Пока еще не заполз озноб под кожу, натянул непослушными пальцами тельняшку, китель и, приплясывая на полу, влез в пятнистые штаны. Из провисевшей на спинке кровати одежды его настиг холод. Мелко трясясь, нащупал кроссовки, закаменевшие на ночном морозе, завязал из негнущихся шнурков узлы. Все! Теперь уже не спеша встал, повесил на левое плечо "калашников" и направился к выходу. По пути бросил взгляд на койку, которую специально оставляли для прибывших и командированных. На ней расположился незнакомый офицер с небольшой бородкой, уютно подперший ладонью щеку. Остальных разглядывать не стал, убедился в неизменности позы капитана Артемьева - скорчился на боку, рука под подушкой - "Опять сунул пистолет, козел!"
Будто подкарауливая у входа, на него обрушился столб ледяного воздуха, не давая перевести дух. Дул несильный ветерок. Палатки из схваченного морозцем брезента чуть колыхались. Ноющий звук улетел на самый край плато, за темневшие громады ангаров. Там, за ними ходила тяжелая машина, надрывно воя. Рядом тут же смутно вырисовались темные низкие кучи. Голоса бормотали в двух метрах от Сергея - громкий распоряжающийся, озабоченные, кашляющие. Он поискал говоривших, но ночной холод принес звуки из-за ангаров. Сергей попрыгал, отжался. Разогревшись, побежал к умывальнику, вспомнил, что не захватил полотенце, но нырять обратно в стужу палатки не хотелось.
Звездные россыпи тускнели и мельчали , дальние западные вершины хребтов, обступивших долину и плато, уже засветились нежно-розовым светом. На востоке зубцы окаймились голубой полосой. Снеговые пики Гиндукуша выступили из немыслимой дали. Голубой пояс все расширялся и захватывал небо, загоняя тени в глубокие кулуары, под нависшие утесы. С вершин до подножья горы скидывали темные одежды, бросая их в недоступные солнцу и глазу ущелья, откуда вновь их доставали, чтобы закрыться на ночь. Едва Сергей прошел сотню метров, поблекли снеговые пики, их можно только было угадать за поднявшейся коричневой грядой хребта Кафарджагар. И еще через несколько метров он был ослеплен краем вырвавшегося из-за зубцов пылающего диска. Из темноты вылепились ангары, многочисленные палатки, усыпавшие широкое, слегка наклонное плато, сторожившее городок в долине. Кучи около ангаров превратились в приземистые вертолеты с распустившимися лепестками лопастей. За ними рокотал заправщик. Рядом с одной из машин возились механики в черных комбинезонах. На самом краю плато вырос белый столбик, превратившийся еще через несколько шагов в верхушку минарета в долине.