Они вылезли, постояли и кинулись на русских - с разъятыми в крике ртами. Сергей судорожно выбирал 'своего', но его самого уже отыскали медвежьего сложения детина с окладистой черной бородой тянул к нему ручищи. Сергей отпрянул резко в сторону, но ручищи оказались проворны и ухватила одна за воротник, другая играючи отвела руку с автоматом в сторону. Черно-кофейные сонноватые глаза закрыли лицо, несло до тошноты потом от волос бороды. Сергей, стиснув цевье, стал выламывать толстые пальцы, закручивающие ворот вокруг шеи, повел взглядом вокруг - на всей площадке в обнимку пыхтели, переступали, крякали. Лицо перед ним раздвинулось в ухмылке, Сергея гнуло, крутило к земле, он резко повернул голову, зубы его вошли в пышное мокрое запястье, челюсть захрустела, афганец заревел, ударил кулаком по голове, так что у Сергея хлыстом дернулась шея, от чего сразу он перестал трястись. 'Дух' ревел, как бык, мотал Сергея как собаку на рукаве. Сергей впечатал носок ботинка в голень противника, тот, завизжав, рухнул на колени перед Сергеем и он, быстро осмотревшись, с упоением, той же ногой, носком, снизу , разбил ему челюсть. Голова с залитой кровью, в осколках зубов бородой, будто в изумлении застыла на месте и Сергей , еще раз, уже, стоя сбоку, загребающим ударом ноги въехал в эту голову. Афганец упрямо продолжал стоять на коленях, руки бессильно свисали и дергались. Сергей, отдышавшись, нанес ударом плашмя прикладом в то место, где был нос, и 'дух' тяжко опрокинулся, подломив колени.
Сергей отвернулся, к нему пришел слух - на площадке валялись десятка два тел. Переступив через вываленную в пыли накидку , он было ринулся на помощь, но понял, что все кончилось. Сергей, присел на выступающий низенький камень, слабость прошла. К нему, перескакивая через лежащих, подбежали Новиков и молодой - Гаврюк , возбужденный и с разбитой губой - "Что с вами, товарищ лейтенант...", заглядывали в лицо, тянули за подмышки. "Ребята, да я же не инвалид !" Сергей встал, отстранив руки и пошел к кругу солдат. Из этого круга хотел выйти растрепанный человек, и всюду натыкался на русских. Сергей подошел ближе - десантников было человек десять, больше бы в круг не поместилось. Афганец уже не соображал, что делает и просто пытался руками раздвинуть солдат и пройти через них, а те, сосредоточенно и , чтобы не мешать друг другу, вкруговую били его прикладами по рукам, спине, по ребрам, по почкам...Афганец, потерпев неудачу в одном месте, со стоном отшатывался и, увидев, как русские расступаются в другом, направлялся туда. Руки он прятал в рукава, пропитанные насквозь кровью. Сергея не замечали, а Сергей не собирался их останавливать.
На площадку выходили солдаты первого взвода, тяжело дышащие, несколько человек кинулись к кругу. Афганец рухнул в пыль, его добивали с хаканьем, по очереди, измазанными кровью прикладами. Когда он перестал шевелиться, его с раздражением пнули ботинками : "Сука, на ногах не стоит... " Все стихло и Сергей почувствовал на себе взгляды людей, ждущих его приказа. Он скомандовал - "Радист !" Подскочившему Юдину-радисту сказал - "'Равнине !' Уничтожена вражеская боевая группа, потерь нет... Прием " 'Равнина' отозвалась : "'Атака'! Вас понял! Немедленно спускаться! СК!" Сергей подозвал сержанта, командовавшего первым взводом : "Мухортов, одно отделение оставить здесь для прикрытия спуска! Осмотреть место боя, интервал - десять минут от основной колонны! Выполняй!"
По тому, как быстро бросились исполнять его приказ, Сергей ощутил себя командиром, из тех, которому вверяют жизнь и на которого оглядываются прежде, чем совершить что-либо.
Потерь, к счастью не было, хотя Сергей был уверен, что у 'духов' не могло быть никаких шансов. Горячка пронесшегося боя отпускала тяжело. Пока застегивались, оправлялись, пересчитали тела - ровно семнадцать, их стали переворачивать, сгребать оружие. На тело , по которому пробегала хотя бы судорога, не тратили пулю, а подкатывали к обрыву и сталкивали пинком вниз. Сергей в последний раз осмотрел место побоища, двинулся к спуску, бросив солдатам : "Догоняй !"
По дороге Сергей соображал , куда могли держать путь 'духи'. Никакого пути не просматривалось - вероятно, под скалами была сооружена тайная тропа с перилами и вырубленными ступеньками...
Когда последние с Сергеем спустились к машинам, колонна уже ревела моторами - ожидали только их. Сергея подсадил на свою машину Михальчук, переговаривался по радиостанции с 'Соболем', снял наушники, сплюнул, сказал - " Пыль, блядь !", коротко глянув на Сергея, развернул на люке карту, отметил местоположение, покачал головой - "Оставить на этой высоте взвод, как думаешь ?" Сергей отыскал место боя - так и есть: Высоты обозначены, а троп нет, возразил- "Там тайная тропа, надо было бы заминировать спуск с гребня", посмотрел на Михальчука - тот , запыленный, простоволосый, улыбнулся : "Сообщим на вертушки, пусть приглядят "...О бетонном ящике не говорили.
Колонна, увеличив скорость, рванула к следующему рубежу...
