Долго ли, коротко ли, вышел добрый молодец к избушке на курьих…
В смысле, поуговаривался Шото Тодороки, поломался да и позволил себя убедить. Переоделся, вышел к нам на поле, стал на место Ииды — на фланг, напротив Токоями.
Пернатый, не будь дурак и памятуя о том, на что способен этот наш новый участник, только покачал головой:
— И как только я на это согласился…
— Сомнение — признак слабости, — изрек в ответ половинча… то есть Тодороки, будто бы это не он тянул кота за хвост битый час.
— Объяснить могу лишь одним способом: мое черное сердце покорили женские чары, верно я говорю, Темная Тень?
— Сила и молчание — вот высшие добродетели, — внезапно продолжил Шото, не обращая внимание на то, что ни его, ни готического ворона никто не слушал. Кроме меня.
Я же закрыл лицо рукой, запихивая обратно рвущийся хохот. Этим двоим надо кружок поклонников сянси организовать.
Тодороки, посмотрев на тактику Серо по защите корзины, просто заковал ее всю в лед, как ископаемого мамонта. Думаете, нам это помогло?
Нет!
Пока Кацуки отнимал у Сэцуны мяч, меня пытался забороть пернатый Фумикаге, роль которого менялась несколько раз за матч, а Очако и неожиданно резвый Мидория отвлекали остальных троих из нашей команды, поднятая в воздух невесомостью шатенки Мина несколькими прицельными бросками кислоты проплавила весь лед.
Затем злобный блондин, все-таки, сумел с ревом выбить мяч в сторону нашей штрафной, и все устремились туда. Похоже, что если наша Цуна с каждой минутой интенсивного боя становится слабее, тратя много сил на полет и координацию своих «юнитов», то Бакуго, наоборот, сильнее — чем дольше и динамичнее экшен, тем он больше потеет.
Урарака стояла ближе всех к ним двоим, и потому успела подпрыгнуть на метр и коснуться мяча кончиками пальцев, из-за чего тот по дуге перелетел через Серо и Киришиму. Что примечательно, в этот раз причуду она не использовала… на мяче. Только на себе!
А говорила, мол, плохо у нее со спортом. Ну да, ну да…
Тодороки создал под собой колонну, которой закрыл дыру в своей защите, и даже руки расставил напротив нее в стороны, мол, он защищает кольцо. Думаете, это нам помогло?
Нет!
Кацуки незатейливо подорвал столб льда, на котором стоял Шото, и тот свалился вниз. Я почти успел к мячу, но потратил слишком много времени — мне мешали сразу четверо: Урарака норовила отправить полетать, Бакуго — тоже, Мидория лез под ноги, Тень хватала за одежду… вот уж что точно нужно было считать за фол…
В итоге Мина успела раньше меня — и совершила отличный бросок, вогнав мяч в дыру во льду, которую сама и сделала. Стоило признать, что она находилась в превосходной физической форме.
Сэцуна, бросившая на перехват сразу несколько себя, банально промазала.
Без Теньи наша команда стала медленнее. Три человека, сидящие в обороне… а Цуна уже совсем выдохлась.
В итоге, фокуся меня, эти нехорошие люди были в состоянии заблокировать все наше наступление.
Ну ничего, сейчас переведу Киришиму в атаку, если Шото подкинет его в воздух своим льдом, то…
И тут я, бросив взгляд на табло, понял, что мы сравнялись на тридцати двух очках.
А надо набрать тридцать три.
Ну и не то чтобы я боялся проиграть этим детям, но… какой вообще смысл ввязываться в соревнование, если не намерен выиграть? Я всегда хочу выиграть.
Стоим напротив Кацуки, все так же, как в начале матча.
Асуи отпускает мяч, он падает к нам, мы прыгаем вверх…
Я снова быстрее. Пальцы касаются мяча…
Вот только блондин приспособился и изменил тактику.
Отставая от меня, он вытягивает руку — и меня сносит взрывом, от которого мне банально нечем защититься.
Ничего, все в контроле.
Ханта выбивает мяч лентой, Кацуки возвращает его, подрывает ледяную стену, уворачивается от тяжело дышащей Сэцуны… Так как один фланг перекрыт Шото, сменившим тактику — не абсолютно надежно, но что есть — я закрываю другой, правый.
Идти на них в атаку сейчас бесполезно, завязну, и блондин на скорости пройдет.
С моей стороны сейчас только Мидория — в пяти метрах, не страшно… я даже не смотрел на него, лишь краем глаза отслеживая перемещения.
