Часы показывали начало двенадцатого, когда он, поднявшись на второй этаж, открыл дверь своего номера.
В кресле рядом с камином, дожидаясь его, сидела Патриция Аллардайс. Ее строгий туалет соответствовал важности ситуации: белая блузка и хорошо сшитый твидовый костюм ладно сидели на ее стройной фигуре. Изящная шляпка была сдвинута на один глаз, точь-в-точь как он это видел в одном из последних мелодраматических фильмов. Позу она позаимствовала там же. Просторный плащ девушки был небрежно брошен на ручку кресла.
— Какой приятный сюрприз, — приветствовал Патрицию Кэллаген. — Давно ты здесь? И как тебе, удалось проникнуть в номер?
— Я приехала до того, как они закрыли черный ход, — заговорщицким тоном сообщила Патриция, — и сразу проскользнула в вашу комнату. Я знала, что у них всего один парадный номер, и решила, что вы предпочтете именно его. Мне оставалось только ждать, что я и сделала… Я готова была прождать всю ночь, потому что случилось такое…
— В самом деле? — спросил Кэллаген. — Что же произошло?
— Слим, — прошептала она, — я нашла письмо!
— Отличная работа, — похвалил ее Кэллаген. — Где ты его нашла? У Корины?
Патриция кивнула.
— Письмо было у нее. Это бомба, Слим. Я даже не представляю, что произойдет, если все это окажется правдой. Но…
— Где было письмо? — прервал ее Кэллаген. — И как тебе удалось его найти?
— Корина куда-то намылилась сегодня, — сообщила Патриция. — Я сторожила у окна и засекла ее, когда она вывела свою машину из гаража. У нее «форд» десятой модели — подарок Виолы ко дню рождения. В баке было около галлона бензина, но она прихватила еще канистру, я сделала вывод, что сестрица уезжает надолго… Мне можно закурить, Слим? — прервала она свой рассказ.
Кэллаген протянул ей сигареты! Захлебываясь дымом, Патриция продолжала:
— Одним словом, я сразу отправилась в спальню Корины, я уже говорила вам, что у меня есть свой ключ. Осмотр начался с небольшого старенького бюро, стоящего в углу. Там всего два ящика, но в одном из них имеется потайное отделение. Это я обнаружила давно. Мне случалось проверять его и раньше, но на этот раз оба ящика оказались запертыми. Хорошо, что у меня был уже опыт, и с помощью ножа для разрезания бумаги я сумела быстро их открыть. Письмо лежало в потайном отделении за замшевой стенкой. Оно было адресовано Жервазу и отправлено из Брайтона в прошлый понедельник. Когда я его прочла, меня чуть не хватил удар. Говорю вам, это бомба, Слим!
Патриция открыла свою кожаную сумочку, достала конверт и передала его Кэллагену.
— Убедитесь сами, — сказала она тоном, полным трагизма.
Кэллаген осмотрел конверт. Патриция не упустила ничего существенного: письмо действительно отправлено из Брайтона в прошлый понедельник, это следовало из даты на штемпеле. Адрес был напечатан на машинке: полковнику Жервазу Стенхарсту, «Темная роща», Хэнтовер, Алфристаун.
Кэллаген открыл конверт, вынул сложенный листок белой бумаги и прочел письмо. Оно было совсем коротким:
«Дорогой полковник Стенхарст!
Пришло время, когда Вам, как одному из опекунов наследников усадьбы «Темная роща», следует узнать, что настоящая владелица усадьбы мисс Виола Аллардайс вышла замуж 23 августа 1939 г. за мистера Руперта Эллингтона Шэрфема, о чем свидетельствует запись в регистрационной книге в магистрате на Мэрлос-роуд, Кенсингтон.
Как Вам безусловно известно, в соответствии с условиями завещания миссис Стенхарст все доходы от поместья в этом случае должны автоматически перейти к мисс Корине Аллардайс, которая, как следует из приведенных фактов, уже в течение шести лет несправедливо лишена своих прав.
Возможно, после того как Вы сумеете должным образом убедиться в справедливости данной информации, я буду иметь честь побеседовать с вами.
Друг семьи».
Детектив откинулся на спинку кресла и, задумавшись, уставился в одну точку.
— Ну, что я вам говорила? — нарушила молчание Патриция. — Будет ужасно, если бомба взорвется, не так ли?
— Готов согласиться с тобой, — кивнул Кэллаген. — А пока отдохни минутку.
