– Вот черт, – сказал Гудфеллоу, – надо было сесть повыше.
Четверо полицейских вышли в центральный проход и взглянули на Бонго-Шафтсбери. Он указал пальцем на Порпентайна.
– Осспади, – простонал Гудфеллоу.
Порпентайн закрыл глаза. Да, это он прошляпил. Вот что бывает, когда плохо подготовишься. Полицейские окружили его и неподвижно встали.
– Ладно, – произнес Порпентайн.
Они с Гудфеллоу поднялись и были препровождены за пределы театра.
– Будьте любезны ваши паспорта, – попросил один из полицейских.
Сквозняк донес из-за спины первые такты увертюры. Они шли по узкой дорожке, двое полицейских сзади, двое – спереди. О знаках, конечно же, условились не один год назад.
– Я хочу видеть британского консула, – сказал Порпентайн и повернулся, доставая старый однозарядный пистолет. Гудфеллоу уже держал под прицелом двоих других.
Полицейский, потребовавший их паспорта, побагровел.
– Нас не предупредили, что они будут вооружены, – возмутился другой.
Полицейских обезвредили четырьмя последовательными ударами по макушке и оттащили в кусты.
– Глупый ход, – буркнул Гудфеллоу, – нам еще повезло.
Порпентайн уже бежал назад к театру. Они взлетели по лестнице через две ступени и принялись искать пустую ложу.
– Сюда, – сказал Гудфеллоу.
Они проскользнули внутрь. И оказались практически напротив ложи Бонго-Шафтсбери. Значит, они находились рядом с Лепсиусом.
– Пригнись, – сказал Порпентайн.
Они пригнулись и стали наблюдать за происходящим через зазор между двумя небольшими позолоченными балясинами. На сцене Эдмондо и студенты насмехались над пылким романтиком де Гриё. Бонго-Шафтсбери проверял механизм своего миниатюрного пистолета.
– Приготовься, – прошептал Гудфеллоу.
Рожок форейтора возвестил приближение дилижанса. Экипаж с шумом и скрипом въехал на постоялый двор. Бонго-Шафтсбери поднял пистолет.
– Лепсиус. Соседняя дверь, – сказал Порпентайн.
Дилижанс дернулся и замер. Порпентайн прицелился в Бонго-Шафтсбери, затем медленно перевел ствол вниз и вправо, пока тот не указал на лорда Кромера. Порпентайн подумал, что может сейчас все завершить и не придется больше беспокоиться о судьбах Европы. На мгновение он ощутил болезненную неуверенность. Насколько все они серьезно настроены? Можно ли противостоять Бонго-Шафтсбери, подражая его тактике? Кромер и впрямь стал дичью, как говорил Гудфеллоу. Манон помогли выйти из экипажа. Де Гриё так и замер, уставившись на нее, и прочел в ее глазах свою судьбу. У Порпентайна за спиной кто-то стоял. В момент зарождения безнадежной любви он резко оглянулся и увидел Молдуорпа – тот казался разбитым, невероятно старым, на лице отвратительная, хотя и сочувственная улыбка. Порпентайн запаниковал, повернулся и наугад выстрелил не то в Бонго-Шафтсбери, не то в лорда Кромера. Он не мог с точностью сказать, в кого из них целился. Бонго-Шафтсбери спрятал пистолет в карман и исчез. В коридоре кто-то дрался. Порпентайн оттолкнул старика, выбежал из ложи и увидел Лепсиуса, который как раз стряхнул Гудфеллоу и рванулся к лестнице.
– Пожалуйста, дружище, – Молдуорпа мучила отдышка, – не догоняйте их. Вы в меньшинстве.
Порпентайн оказался на верхней ступеньке.
– Трое против двоих, – негромко произнес он.
– Не трое, а больше. Два босса – мой и его – и подчиненные…
Порпентайн так и замер.
– Кто?
– Я тоже выполняю приказы. – В голосе старика звучали извиняющиеся нотки. Затем, с ностальгическим придыханием: – Знаете ведь, Ситуация на этот раз серьезная, никто из нас не…
Порпентайн оглянулся со злобой.
– Пошел вон, – заорал он, – провались и сдохни.
По непонятной причине он был уверен в одном: их обмен репликами на этот раз решающий.
– Сам большой босс, – заметил Гудфеллоу, когда они бежали вниз по лестнице. – Плохо дело.
Впереди, в сотне ярдов, Бонго-Шафтсбери и Лепсиус вскочили в коляску. Удивительно, как Молдуорпу удалось выбрать кратчайший путь. Старик возник в дверях, которые были слева от Порпентайна и Гудфеллоу, и догнал своих.
– Пусть едут, – сказал Гудфеллоу.
– Я все еще для тебя старший?
Не дожидаясь ответа, Порпентайн нашел фаэтон, вскочил в него и бросился в погоню. Гудфеллоу успел запрыгнуть на ходу. Они мчались по Шариа-Камель-паша, распугивая осликов, туристов и драгоманов{138}. Оказавшись напротив отеля «Шепард», чуть не сбили Викторию, выскочившую на улицу. Пока Гудфеллоу помогал ей взобраться к ним, десять секунд пропало. Возразить Порпентайн не мог. Снова она все знала. А он, кажется, больше ничего не контролировал. И только-только начинал догадываться о том, что его предали самым чудовищным образом.
