Пьер Жане пишет, что, по-видимому, сознательная жизнь его больных (Люси, Леони, Розы и Мари) слагается из трех параллельных слоев, лежащих один под другим. В обычном состоянии у них существуют все три слоя: первый является нормальным сознанием, два других — группой более или менее ассоциированных между собой ощущений и действий, которые совершенно не осознаются разговаривающим с ними лицом. Когда одна из них находится в первичном состоянии, первый слой прерывается и появляется второй, принося с собой все воспоминания, приобретенные ими за время подпольного существования. Когда они переходят во вторичное состояние, второй слой прерывается в свою очередь, уступая место третьему, который образует всю сознательную жизнь. После пробуждения верхние слои появляются в обратном порядке.
Психологическая сущность автоматизма заключается в том, что собственная психическая продукция оценивается загипнотизированными как им не принадлежащая. Часть психической продукции загипнотизированного получает в его сознании не зависящее от его воли, самостоятельное, автономное существование. «Автоматичность» тех или иных психических актов, поступков и т. п. обозначает их внесознательность в силу их привычности, рефлекторности и прочего. С этой точки зрения правильнее было бы говорить о дезавтоматизации психических процессов в гипнозе. Автоматизированные психические акты — это не значит не воспринимаемые. Они лишь не апперцептируются[143] сознанием. Как сказал Л. А. Антонович: «Иметь ощущения и знать, что мы их имеем, — это две вещи разные» (Антонович, 1945, с. 151).
К парадоксам психики загипнотизированного следует отнести расщепление его сознания в момент хирургической операции под внушенной аналгезией. Эксперименты показали, что какая-то часть его существа осознает боль и это осознание может стать при определенных обстоятельствах доступным загипнотизированному и он сможет выразить свои ощущения. Эрнст Хилгард и Джозефина[144] Хилгард проводили опыты по изучению болевой чувствительности. Кстати сказать, Э. Хилгард предложил классификацию боли: открытая и закрытая. «Закрытая боль обнаруживается, — говорит Хилгард, — при помощи специальной техники, называемой „автоматическое письмо“. Загипнотизированного просят указать на словах силу боли, и одновременно ему внушается, что его правая рука фиксирует силу боли письменно, притом что сам он этого не будет сознавать» (Hilgard, 1975).
В одном опыте испытуемому было предложено опустить руку в воду, температура которой 1–2° тепла. На вопрос: «Вам холодно?» — последовал ответ: «Нет!» Тогда Хилгард внушил испытуемому наблюдать за своим другим «Я» и свободной рукой написать на бумаге, что на самом деле он ощущает. Рука автоматически вывела слова: «Мне больно», притом что сам он этого не сознавал. Когда опыты сопровождались двойной оценкой, оказалось, что, в общем, записанная оценка боли была выше, чем устная.
Профессор Хилгард сообщает об одном испытуемом, который утверждал, что не испытывает никакой боли, в то время как его рука записывала все возрастающие цифры по мере усиления болевого воздействия. Все происходило так, будто какой-то частью своего существа испытуемый продолжал ощущать боль, но эта боль, благодаря внушенной анальгезии, была как бы «отключена», находилась «вне сознания». Но когда по окончании эксперимента Хилгард убедил испытуемого, что он должен вспомнить, какой интенсивности он переживал боль, и одновременно сообщил ему, что часть его существа осознавала все происходившее в ходе эксперимента, то ответы испытуемого совпали с теми, которые были получены с помощью автоматического письма. Этот эксперимент лишний раз показал, что в гипносомнамбулизме психика расщепляется. Тот (другой) не чувствует боли, не слышит звуковых раздражителей, может осуществлять автоматическое письмо, причем разным почерком в зависимости от характеристик внушенной личности, другого «Я». Когда в момент причинения боли сомнамбула говорит, что ей не больно, то это не сознательная ложь — это следствие расщепления психики. Диссоциация психики возникла оттого, что одна часть «Я» подчинилась внушению, тогда как другая по-прежнему отражала реальность. Психический аппарат расщепляется на различные уровни: удовольствие для одной психической системы может быть неудовольствием для другой. Отсюда родилось выражение: «Человек находится в разладе с самим собой». Оно стало основным положением психоаналитической теории личности.
