Стул я нашел не сразу, не смотря на то, что поздняя весна не успела вырастить траву. Спотыкаясь на кротовьих норах и проваливаясь то и дело в ямки с водой, я боялся, что вообще его не найду. Но стул отыскался на другом конце поля, почти у самых деревьев. Спинкой, будто лицом, он лежал в грязи, неприлично задрав вверх истончившиеся грязные ножки.
Сначала я вытер платком, заботливо сунутым мне в карман Иркой, спинку. Ножки уже вытирал там, где стул стоял изначально – невероятно, но мне удалось отыскать четыре квадратных углубления в земле. Стул слегка перекосило, но я надеялся, что он был готов к дальнейшей службе. Глядя на стул, я почему-то вспомнил Ирку. На том краю поля одобрительно закаркали вороны. И мир наконец-то встал на свое место.
Точнее, сел.
С тех пор как неделю назад кончились последние деньги, мы заедали крапивник прошлогодними сухарями и отводили глаза, когда кот заходил на кухню. Самоизоляция шла четвертый месяц, люди становились все бедней и голоднее, того и гляди ситуация выйдет из-под контроля.
Но эпидемия-эпидемией, а порядок было необходимо сохранить любой ценой, это и коту ясно. Поэтому, когда в нашем городке объявили набор в народную полицейскую дружину, мы с Ланой с энтузиазмом на это откликнулись. Нам очень хотелось внести свой вклад в сохранение самообладания у населения (только беспорядков нам еще не хватало!), хотелось сделать что-то для своей страны. Ну и потом, в полиции неплохо платили и по слухам даже полагались горячие обеды в середине дня.
В отделении нам выдали повязки на рукав и спешно проинструктировали насчет прав и обязанностей. Прав было много, обязанность только одна: в конце смены оформлять нарушителей в отделении и фиксировать штрафы. Горячие обеды привозили с часу до двух. Все это нас очень обрадовало и мы поспешили на дежурство.
Мы с Ланой начали свой дозор прямо от отделения в сторону Сбера, и нам сразу же сильно повезло. Недалеко от банкомата качался хорошо выпивший мужик, тщетно пытаясь затолкать в кошелёк непослушные купюры. QR-код он потерял вместе с телефоном, поэтому штраф выписали вообще на всё: отсутствие пропуска, неподобающий вид в общественном месте, нахождение в эпицентре эпидемии без средств индивидуальной защиты. А сверху припечатали за оброненный чек, вроде как мужчина специально мусорит (это Лана придумала, что-что, придраться она умеет). Мужчина сжал кулаки и яростно заводил желваками, но не произнес ни слова: денег у него больше не было, а перспектива куковать в отделении видимо не воодушевляла.
Довольные первой удачей мы отправились патрулировать дальше. На площадке мы с Ланой остановили молодую мамашу с коляской. Пропуска у нее не было, а беспомощная попытка выдать лежавшую в тени бездомную собаку с чипом в ухе за домашнюю, с треском провалилась. Собака никак не реагировала на команды мамаши, и той-таки пришлось раскошелиться.
После горячего обеда в тот день нам попались:
а) усатый миллениал на велосипеде (в палисаднике);
б) таджик с неправильно оформленным пропуском (у памятника);
в) владелец иномарки, у которой сработала сигнализация (вышел из дома без документов);
г) старушка с перекрестьем на груди лямок брезентового рюкзака (у «Пятерочки»).
У последней денег не было – старушка всё потратила на дешевую еду за плечами. Слегка пожурив, мы её отпустили, она сама предложила взять ватрушки, не надо, мы уважаем старость.
Вечером в отделении Лана занесла в специальный список на компьютере данные всех, кого мы сегодня повстречали. Ну, почти всех. Кот с азартом накинулся на ватрушки.
Первая неделя работы в полицейской дружине закончилалась на подъеме: за высокие показатели нас похвалили на общем сборе и выписали премию. Лана придумала брать с нарушителей дополнительную комиссию за то, что мы не будем вносить их в базу, и многие соглашались. К слову, эта работа оказалась весьма прибыльной: кроме зарплаты, которую здесь выплачивали еженедельно, в наших карманах осело около сорока тысяч от неучтенных граждан. Мы подсчитали, что в месяц на каждого из нас получится больше ста тысяч, и это вполне себе неплохая зарплата, можно даже побаловать кота патчем «Канин». Потом, свежий воздух, горячий обед, власть. Что еще надо?
Но мироздание разметало наши с Ланой планы в пух и прах. Если до среды нам худо-бедно удавалось выполнить план, то во вторую половину недели везти категорически перестало. Нарушители все сидели по домам, будто предупреждая друг друга по сарафанному радио. Те же, что осмеливались выползти, дисциплинированно предъявляли пропуска или находились строго не дальше 100 метров от своих домов.
Целыми днями мы с Ланой как потерянные бродили по опустевшему городку, лишь горячий обед добавлял настроения. Заподозрив, что нас вычислили, мы немного изменили маршрут, но это не помогало. В отчаянье мы пнули иномарку того мужчины, рассчитывая на повторную оплошность. Но мужчина видимо починил брелок, и спустя несколько секунд сигнализация без толку отключилась.
