— Главное сейчас — не дать ее наколоть транквилизаторами, — проговорил Глеб. — От них и у здорового крыша съедет. Я попробую напомнить о себе своим однокашникам и коллегам. Кто-нибудь да найдется. Но это будет стоить денег.
— Я понимаю. Я готов, — поднял обе руки Артем. — Как ты думаешь, меня к ней пустят?
— В спецотделение? Нет, конечно.
— А что это за отделение?
— Там проводят судмедэкспертизы. Это закрытая зона в больнице. Я подумаю над всем этим и позвоню тебе.
Перед кабинетом Борюсика Косарева встретила его медсестру Марину.
— Я нашла деньги, большие деньги. Мы можем выкупить Бориса Михайловича из тюрьмы.
— Как это? — испугалась Марина.
— Такие люди, как Борис Михайлович, не должны сидеть в тюрьме. Они должны помогать людям. Наш долг — освободить его, — горячо зашептала Надежда.
— Вы предлагаете дать взятку? — прямо спросила Марина.
— Как бы это ни называлось, лишь бы сработало. У вас нет на примете кого-нибудь, кто бы нам помог? Может, у вас лечится жена большой милицейской шишки, работника прокуратуры и тому подобное?
— Я подумаю, — кивнула помощница Борюсика.
Женщины заговорщицки переглянулись.
Доминика с трудом разлепила глаза в палате психбольницы. Все перед ней дрожало и растекалось, она ни на чем не могла сфокусировать взгляд. Ника снова закрыла и открыла глаза, увидела вокруг странные лица соседей по палате.
В палату зашла медсестра.
— Что со мной? — спросила Доминика.
— Ничего страшного, не волнуйтесь, — успокоила ее медсестра. — Вас ночью привезла «скорая помощь» и милиция. Вы были в критическом состоянии, но сейчас все прошло, все улеглось.
— Почему милиция? Я плохо помню…
— У вас было критическое состояние, вы набросились на милиционера, избили его. Были очень агрессивны, а потом упали в обморок. Это бывает — от перевозбуждения.
— О боже. А почему голова так кружится?
— Сейчас сделаю укольчик, и все станет на свои места, все будет хорошо, поспишь.
— Что вы колете? Я не хочу, — слабо запротестовала Ника.
— Расслабьтесь, доверьтесь мне. Это всего лишь успокоительное.
Доминика отключилась. Она лежала в тяжелом забытьи на койке, привинченной к полу, когда в палату зашли врач и Николай Николаевич. Они остановились у ее кровати.
— По какому делу она у вас проходит? — спросил врач следователя.
— Покушение на убийство, — ответил тот.
— Чего только с ними не бывает, — покачал головой врач. — Один черт знает, что делается в головах и душах этих несчастных.
— Судя по всему, у нее болезнь связана с тяжелейшей физической и моральной травмой, — предположил НикНик. — Она попала в автокатастрофу и потеряла ребенка.
— Это действительно могло быть причиной такого поведения, — согласился врач. — А может, и другое, та же наследственность, например, какой-нибудь сумасшедший дедушка вынырнул из четвертого колена. Смею вас уверить, психиатрия — самая сложная отрасль медицины. И туг… — он развел руками. — Вас, конечно, интересует вердикт о вменяемости?
— Именно так, но я бы выразился точнее — о ее невменяемости.
Врач с интересом посмотрел на НикНика.
— О дате проведения экспертизы я вам сообщу, — пообещал врач.
— Хорошо бы, чтобы экспертиза состоялась побыстрее, — сказал следователь.
— Быстрее, чем обычно, не обещаю. Вы же знаете, больница переполнена, врачи перегружены. К сожалению, стремительное преобразование нашего общества, технический прогресс и т. п. не всем идут на пользу. Многие люди расплачиваются за свое благополучие в новом мире психическим здоровьем.
— Так как? Я могу надеяться, что вы проведете экспертизу быстрее, вне очереди? — настаивал следователь.
— Я ничего не могу обещать. Но попробую.
— Буду с вами откровенен, — сказал НикНик. — Ей лучше списать все на болезнь, выйти отсюда на амбулаторное лечение и продолжать наслаждаться жизнью, чем загреметь на полную катушку за умышленное убийство.
— Ни слова больше, — прервал его врач, — меня касается только ее душевное здоровье.
— Добавлю только, что она и ее семья — богатые люди. Очень богатые люди. — Следователь многозначительно посмотрел на доктора, недвусмысленно дав понять, что от того требуется.
Сергей с кейсом в руках вошел в гостиную загородного дома Доминики и застал там Михаила и Танюшу. Танюша вспыхнула, увидев хозяина, но быстро взяла себя в руки. Мужчины пожали друг другу руки.
— А мы вас не ждали с утра, — сказала Танюша.
— Мне нужно кое-что взять в спальне, — объяснил Сергей. — Там открыто?
Танюша кивнула.
— Михаил, мне понадобится болгарка или что у тебя там есть по металлу, — сообщил Сергей. — Принеси в спальню.
— Кофе сделать? — предложила Танюша.
— Не нужно, я спешу, — отказался Сергей.
— Зачем ему болгарка? — недоумевал Михаил. — Час от часу не легче.
— Не знаю. Иди неси, раз просит, — поторопила мужа Танюша.
Сергей в спальне бросил кейс на кровать, подошел к встроенному в мебель замаскированному сейфу. Михаил принес инструменты и протянул их Сергею.
— Включай это все, будем сейф пилить, — распорядился Сергей.
— Мы же его испортим, — не понял Михаил.
— Да, испортим, а какое тебе дело? Мой сейф, хочу — порчу, хочу — нет. Приступай.
— Но Доминика Юрьевна…
