— Вам нет нужды бояться, Адриана. Как бы сильно мне ни хотелось овладеть вами прямо здесь, я не стану принуждать вас ради простого удовлетворения похоти. Все же надеюсь, что в будущем вы окажетесь более восприимчивы к знакам моего внимания. Я могу быть невероятно убедительным, когда вижу редкий и красивый приз, которым отчаянно стремлюсь завладеть.
Адриана, краснея, встретила взгляд смеющихся серых глаз:
— Вы, похоже, очень уверены в себе милорд.
— О, могу только представить, до чего столь необыкновенной женщине, как вы, должны надоесть бесконечные объяснения в любви. Должно быть, вы задаетесь вопросом, чем мои излияния отличаются от остальных. С первого взгляда — ничем. Но в постели… я давно уже усвоил, что в любом занятии требуются умение и искусство. — Колтон небрежно пожал плечами. — Взять для примера военное дело. На полях сражений, где мне пришлось отстаивать честь свою и страны, я познакомился с ремеслом воина. Существует также искусство близости, которую делят мужчина и женщина. Это еще не означает, что мы должны оказаться в одной постели, но если такое случится, уверяю, Адриана, я буду нежен с вами и дам вам наслаждение, прежде чем получить свое. Стану лелеять вас, как нечто редкостное и драгоценное, ибо другой такой, как вы, нет на земле. Увидев вас в ванне, я понял, что не успокоюсь, пока вы не будете принадлежать мне. Вы, словно крепкое вино, ударили мне в голову. Никогда еще я не жаждал женщину так, как жажду вас. И вы, должно быть, это уже знаете.
Не совсем понимая смысл его речей, Адриана решилась попросить объяснений, хотя считала, что Колтон вряд ли осмелится сделать предложение. Недаром он с самого начала противился подписанному родителями договору.
— Значит ли это, что вы согласны на помолвку? — уточнила она.
Колтон опустил глаза на изящный набалдашник трости и принялся обводить пальцем затейливый резной узор.
— Я этого не говорил, Адриана.
— И все же ищете моей благосклонности, не так ли? — безжалостно допытывалась она.
— И это не совсем так, — промямлил Колтон, чувствуя приближение грозы.
Адриана прижала ко лбу дрожащие пальцы, пытаясь еще раз воскресить в памяти услышанное.
— В таком случае что вы имели в виду? Боюсь, я не совсем верно уловила смысл.
— Я не собираюсь взять вас против вашей воли, дорогая, но многое отдал бы, чтобы вы стали моей.
Боже, какая наглость! Он еще нахальнее, чем она воображала!
— И вы действительно считаете, что я лягу с вами без церковного благословения? — взорвалась она. Негодяй! — Я похожа на сумасшедшую? Я прекрасно помню, как скоро после свадьбы забеременела Жаклин! Будь я настолько глупа, чего, разумеется, нет и в помине, в два счета накликала бы на себя несчастье!
Колтон только головой покачал. Видно, ее куда больше волнует нежеланная беременность, чем перспектива оказаться в постели мужчины до брака!
— Я бы сделал все, чтобы предотвратить такую беду, — уговаривал он. — И смог бы подарить вам неземное блаженство!
Но ответом послужил разъяренный взгляд.
— Мэлора предупреждала, что с вами небезопасно ездить в экипаже, а я, глупая, не послушала ее. В следующий раз буду умнее. Но ее предсказания, к сожалению, сбылись едва ли не в точности.
Но тут, к полнейшему разочарованию Колтона, ландо свернуло на подъездную аллею Уэйкфилд-Мэнора. Едва Бентли остановил лошадей, Адриана, не дожидаясь, пока Колтон протянет ей руку, спрыгнула на землю и помчалась к крыльцу. Колтон последовал за ней так быстро, как позволяла раненая нога.
Мэлора, давно уже высматривавшая экипаж в окно, подобрала юбки и метнулась к двери, обогнав Чарлза.
— Я думала, вы никогда не вернетесь! — объявила она, вглядываясь в сестру, в тайной надежде увидеть беспорядок в одежде последней. Тогда можно будет с чистой совестью отправиться к матери и доложить, что с Адрианой что-то неладно.
— Мы ужинали у Абернати, Мэлора, — холодно объявила Адриана, — а потом сразу же отправились домой. И если ты гадаешь, изнасиловали ли меня в экипаже, можешь не надеяться. Ничего не было и быть не могло.
Мэлора от изумления открыла рот. Колтон смущенно кашлянул и уставился на окаменевшую блондинку. В этот момент до него наконец дошло, что второй такой женщины, как Адриана Саттон, нет на земле. Похоже, впредь ему придется быть куда деликатнее в выражении своих намерений, если он действительно желает близости с леди, не обременяя себя брачными обетами.
Задумавшийся Колтон не сразу сообразил, что блондинка недоуменно смотрит на него, очевидно, возмущенная недопустимым для джентльмена поведением. Наконец Колтон опомнился и промямлил:
— Добрый вечер, Мэлора…
— Мэлора, зайди в дом, — сухо перебила Адриана. — Лорд Колтон не может остаться. Ему необходимо срочно ехать в Рэндвулф-Мэнор.
После такой пощечины у Колтона не осталось иного выбора, кроме как кивнуть:
— Увы, это правда. Я не могу остаться.
— Доброй ночи, милорд, — процедила Адриана, и в следующую секунду дверь захлопнулась прямо перед его носом. Колтон невольно поморщился.
