Нерхаш полностью

Вайгар Лар-Турэн проснулся рано. Слишком рано, учитывая то, как он провел вчерашний вечер. Но интереснее всего было то, что проснулся он от ощущения, что на него смотрят. Глаза открывать было больно, и он решил пока обойтись без этого, тем более что ему и не надо было их открывать, чтобы узнать, кто именно решил навестить его в столь ранний час. Он чуть скосил мысленный взгляд в сторону незваного гостя, и от того, что он увидел, сердце его неожиданно трепыхнулось и на несколько секунд замерло. В кресле перед кроватью, небрежно опершись на подлокотник, сидела его несравненная супруга собственной персоной. Ему не надо было открывать глаза для того, чтобы еще раз убедиться, что его жену не зря называли самым прелестным существом в четырех мирах, потому что даже ее призрачный облик был совершенно неотразим сегодня утром. Как, впрочем, и в любое другое время. Если бы Вайгар не контролировал так старательно выражение своего лица, то по его губам непременно поползла бы кривая усмешка при мысли о том, какую картину для его благородной супруги представляет сейчас его спальня, да и он сам. Во всяком случае, учитывая то, сколько он выпил вчера вечером, пахло от него сейчас точно не розами. Вайгар попытался, опять же мысленно, хотя бы включить вентиляцию, но и это минимальное усилие вызвало такой приступ головной боли, что он застонал про себя и даже слегка поморщился. Судя по всему, от внимательного взгляда супруги это не ускользнуло, и он почувствовал ментальное прикосновение, легкое, осторожное, почти незаметное. Возможно, кто-нибудь другой решился бы назвать его нежным, но Вайгар Лар-Турэн не был склонен к самообольщению. Меньше всего от своей прелестной супруги он ожидал именно нежности. Тем не менее, лечение подействовало, и тяжелое, мучительное похмелье исчезло, растворилось в утреннем воздухе, как будто испугавшись одного только присутствия целительницы из дома Тенг.

Притворяться, что он спит, не имело больше смысла, и Вайгар открыл глаза.

Как он и предполагал, госпожа Кинари Тенг-Вьор выглядела прелестно, как, впрочем, и всегда. Равно, как и недоступно.

– Доброе утро, господин Вайгар. Как вы себя чувствуете? - мягко проговорила она, продемонстрировав некоторое участие, и даже придав теплоту своему голосу. От этого ее супруг, ранее и так сильно подозревавший, что ей что-то от него понадобилось (причем, очень, иначе никакая сила не заставила бы ее переступить порог его дома), окончательно утвердился в своих подозрениях.

– Доброе утро, дорогая госпожа Кинари! - Хрипло сказал он, вложив в дежурное приветствие весь сарказм, на который был способен в данный момент. Возможно, он немного переборщил, потому что супругу слегка передернуло от его тона. Впрочем, внешне это никак не отразилось, и, если бы отцом Вайгара не был один из ясновидящих Ларов, то он бы ничего не заметил. - Вашими молитвами.

– Чрезвычайно рада за вас. - Эта фраза прозвучала уже суше, но все же достаточно мягко, и это вызвало у Вайгара новую волну вопросов, ответы на которые он рассчитывал получить в ближайшее время. Но задавать он их не стал, справедливо полагая, что не стоит облегчать супруге задачу. Ему очень хотелось посмотреть на то, как она будет просить его о помощи, и что предложит за это. Он не торопился. Человеку, который ждал пять лет, ничего не стоит подождать еще пару минут. А плата, которую он собирался потребовать у своей жены, давно уже определена, и уступать он не собирался.

Однако они были не одни. Вайгар совсем забыл об этом, и вспомнил только тогда, когда выразительный взгляд его жены устремился ему за спину. Он обернулся и увидел, что его вчерашняя подружка спит сном праведницы, выставив на всеобщее обозрение ослепительно белую попку. Звонким шлепком по оной попке она и была разбужена не скрывающим свое раздражение Вайгаром. Скорчив гримаску, она подняла свое хорошенькое личико, собираясь выразить невежливому любовнику свое недовольство, но наткнулась взглядом на холодное лицо его жены. Взвизгнув, она моментально натянула на себя простыню и пулей вылетела из спальни. Госпожу Кинари в Нарге знали очень хорошо.