― Дим, может пойдёшь поешь и спать ляжешь, м? ― интересуется, очередной раз проводя своими тонкими пальчиками по моей шевелюре.
― Какое спать, мышонок, ― отвечаю тяжело вздохнув, ― мне дипломную дописать нужно до конца недели и контракты перечитать для завтрашней сделки. Так что ночь будет длинной.
― Мой трудяжка, ― произносит с нежностью. А, на щеке чувствую тёплые Надины губы.
Обвиваю рукой её шейку и перевернувшись на спину, с упоением целую своего дорого человечка. Сгребаю свою тушку с таких удобных коленок со словами:
― Ты права, солнышко, подкрепиться не помешает. Ведь моя хозяюшка, специально готовила. А, значит, обязан хотя бы попробовать. Переплетя пальцы наших рук, веду за собой на кухню.
Очередное маленькое удовольствие, ― ужинать вместе со своей девушкой. Даже не заметил, как умял свою порцию и даже добавки попросил. После такого сытного ужина, мой вредный мозг наотрез отказывался настраиваться на работу, рискуя отправить меня к морфею прямо там, где сижу.
Только вот я, решил перехитрить его чашечкой экспрессо. Она, всегда выручала вот в таких критических ситуациях. Пока Наденька, мыла посуду, приволок на кухню свой ноут и засел за прочтение важных документов, пока извилины работают в авторежиме.
Со всеми этими проблемами, совершенно позабыл про Надину беременную подружку, которая по рассказам "моего мышонка", оказывается взяла академку и уехала к родителям, но пообещала, что позвонит нам за месяц до родов или случись что.
Время пролетело незаметно. Защита диплома прошла на отлично. Наденька так же успешно окончила третий курс, и мы оба окунулись в работу в фирме моего отца, а каждые выходные, исправно ездили навещать её подружку.
И как само собой разумеющееся, родаков повидать. Мы с ними вроде как неплохо поладили. Но может, это я так думаю, а на самом деле всё иначе?! Хочется верить, что я ошибаюсь. Ведь, любимая, будет расстраиваться, а мне этого совершенно не хочется, если мы с её родителями будем в контрах.
Ну, ничего, всё как-нибудь уладится само собой. Сейчас первостепенной задачей успокоить взволнованную Наденьку, которая словно маленький ураганчик, ворвалась в мой кабинет, тараторя со скоростью света.
Разобрать удалось лишь отдельные слова из которые указывали на то, что с её подружкой, что-то там случилось. Чтобы не тратить драгоценное время попусту, отпаивал убойной дозой успокоительного, которое принесла мой секретарь.
Только после того, как Надя, немного успокоилась, смог узнать о произошедшем со Щукиной. Предупредив секретаря, что после обеда меня не будет, выскочил из собственной приёмной вместе со своей расстроенной невестой. Грубо вклиниваясь в поток машин, понёсся в сторону больницы, название которой с горем пополам смогла вспомнить Надя.
Напряжённо следил за дорогой. На светофорах поглядывал на молчаливую Надю, которая, нервничая, крепко сжимала ремешок своей сумки. Пока ещё в офисе слушал невнятное бормотание Нади, глянул сводку ДТП за сегодняшнее утро. И вот теперь вспоминая изрядно покорёженный автобус, язык не повернулся сказать любимой девушке, что с её подругой, всё будет хорошо.
Поэтому, тактично молчал, пытаясь подготовиться морально к худшему из возможных раскладов. Наконец-то удалось с горем по полам пробиться сквозь заторы на дороге и припарковаться на больничной парковке.
Приобняв за плечи, повёл своего шмыгающего носом мышонка ко входу в больницу. У информационной стойки уточнил, с кем можно поговорить насчёт пострадавших в утреннем ДТП. Проходившая мимо медсестра, любезно согласилась проводить нас до кабинета одного из врачей, который первым принял пострадавших, под конец своего ночного дежурства.
Слегка затормозили с Надей у его кабинета.
Сделав глубокий вдох, постучал. Надя, обеими руками вцепилась в ремешок своей сумки. Было заметно, как дрожат от нервного напряжения её пальцы.
Глядя на такое плачевное состояние своей спутницы, понял, что узнавать всю информацию о её подруге и своём ещё не родившемся племяннике придётся именно мне.
― Добрый день, нас интересует состояние пациентки Алисы Щукиной.
― Добрый, молодые люди, ― произнёс врач, как-то устало, ― Алиса Щукина, говорите…
Согласно кивнул.
― Присядьте, сейчас загляну в списки, ― ответил спокойно, перелистывая одну из папок.
Не найдя видимо, в ней имени той, о ком мы спрашивали, взял в руки очередную папку. После долгого молчания, послышался тяжёлый вздох, а потом озвучил моё кошмарное предчувствие:
― Алиса Щукина, скончалась на операционном столе, во время вынужденного кесарева.
Любимая, охнув, зажала рот ладошкой. Прижал к себе беззвучно плачущую Надю, задав очередной вопрос, в надежде, что ответ окажется положительным.
― А, что с ребёнком? Он, жив?
― Да, новорождённого удалось спасти, сейчас он находится в детском реанимационном отделении.
― Ну, слава богу, ― прошептал, а вслух уточнил:
― Когда можно будет забрать ребёнка домой?
― Это вы уточните в отделении акушерской реанимации. Ах, да, могу я узнать ваши паспортные данные?
― Нужно заполнить какие-то бумаги? ― поинтересовался, наперёд зная, что без этого никак.
